Михаил Белозеров - Дорога мертвецов
Костя не понял, что значит 'все уже'. Он распрямился и, едва переставляя ноги, подошел к телеге. Невдалеке стояли усталые лошади и с укором смотрели на людей.
– Кыш! Кыш! – сказал Костя и с любопытством заглянул в телегу. Контейнер с 'дровосеком' был вскрыт, и сквозь испаряющийся азот Костя разглядел металлические шары. 'Вихри' даже не распаковали. Не сочли нужным. Достаточно было одного 'дровосека'. А их было не меньше сотни.
– Идем же! – потянул его за собой Березин и с каким-то сладострастием добавил: – Сейчас рванет!
Зачем? – тупо подумал Костя. Зачем? Уничтожаем туземцев только потому что у них вождь-ренегат, только потому что сюда приперлись американцы. Надо им объяснить, что это не их территория, и они уйдут. Что они не люди?
Вдруг сено в телеге заполыхало. Капитан, от которого пахнуло бензином, кинулся прочь, и Костя с Бараско – следом. Лошади шарахнулись в темноту.
– Горим! – истошным голосом закричал кто-то.
– Куды?! Куды?!
– Держи, гадов!
Капитан, который бежал впереди, развернулся так резко, что Костя едва уклонился. Пули просвистели совсем рядом. Взорвалась граната, и крики раздались громче – и справа, и слева. Капитан стрелял на звук. Окружают, сообразил Костя и тоже кинул две гранаты РГО. 'Бах!' Хлопок! 'Бах!' Хлопок! Завоняло так, что невозможно было вздохнуть. Костя закашлялся. На мгновение все стихло. Потом там, где горела телега, тихо рвануло – раз, другой, и исподволь – из живота, из сердца поднялся такой страшный и животный вой, которого Костя в жизни не слышал.
'Дровосеков' разглядеть было невозможно – слишком быстро они орудовали своими ковшами, зато 'вихри' всасывали туземцев, как воронка в ванной всасывает пену и грязь. Они их нагоняли, мечущихся в панике, и выпивали соки за счет разницы давления. После каждого человека вихри только увеличивались в диаметре. Потом они стали сливаться друг с другом, и над Припятью повис один невероятно огромный торнадо.
«« ||
»» [248 из
403]