Михаил Белозеров - Дорога мертвецов
– У меня тоже, – признался Костя, дрожа, как осиновый лист, на холодном ветру.
Одни капитан промолчал. Не оттого, что он избежал этой участи, а потому что понял, что именно произошло в Зоне: 'камбун' Гайсин сцепился с теми ловушками, которые привезли туземцы, и они разбабахали всю Зону. Вот это да! – восторженно думал Березин. Почище ядерного фугаса. Но говорить об этом нельзя, иначе меня заподозрят в измене. В следующем романе так и напишу: он был большим и сильным по имени 'камбун' Гайсин.
Они шли по грейдеру – каменистой, шершавой дороге, и Березин пожалел, что не послушался покойного Давыдова и не обулся хотя бы в кроссовки. Его беговые тапочки для такого путешествия абсолютно не годились.
С севера налетал пронизывающий холодный ветер, приносящий с собой запах йода и океана. Справа и ниже тянулся бесконечный залив со свинцовой водой. На другом его берегу возвышались покатые скалы. А на самой вершине, так далеко, что едва хватало глаз, виднелись какие-то строения.
Бараско даже не думал о них. Все равно не дойти. Да он и не знал этих мест, потому что был в Дыре всего пару раз, а потом только и делал что ждал, когда она откроется. Он так привык ждать, что неудача с 'шаром желаний' его нисколько не расстроила.
Когда и как они преодолели Край мира, никто из них сказать не мог. Просто вдруг очнулись идущими по грейдеру.
– Я только не понимаю, – сказал озадаченно Березин, отворачивая щеку от ветра, – почему мы избежали участи обоза?
Бараско только хмыкнул. При других обстоятельствах он бы не рассказал правду, но капитан, похоже, давно подозревал о наличие у Кости знаменитого хабара – 'анцитаура'. Да и они сами пару раз проговаривались.
– Есть у него камень, который нам помогает.
– В смысле?
«« ||
»» [262 из
403]