Юрий Бурнусов - Точка падения
- Я не понимаю, что вы вообще предлагаете, — сказал я, рассупониваясь и прикидывая, что получится, если хорошень¬ко поддать ногой корыто с костром. Нет, оно тяжелое, там еще и остатки цемента на дне... Бессмысленно. У них четыре ство¬ла, обязательно словим пулю. Если, конечно, у всех хватит духу выстрелить. Хотя у этой сучки в погонах определенно хватит, да и Бернштейн в достаточной степени козел, чтобы пальнуть.
- Мы хотим, чтобы нас провели к Периметру. Сейчас же, — озвучил общие ожидания тощий.
- А мы не этим разве занимались? — Я брякнул на бетонный пол автомат, аккуратно положил рядом пистолет. Собственно, у меня был еще один, в потайном чехле над щиколоткой, но под¬ходить и обыскивать меня бунтовщики не решились. — Или вы думаете, что Периметр — в ста метрах за забором? У вас какое-то дикое представление о Зоне, простите. Чего вы хотите? Чтобы мы прямо сейчас побежали бегом? Я откажусь, я не самоубийца. Да¬вайте отдохнем, а утром спокойно двинемся в путь. Предлагаю выкурить трубку мира.
- Я вам не доверяю, — заявил тощий. — Эти люди — тоже. А сейчас вы вдобавок затеяли какую-то авантюру с якобы похи¬щенной девочкой.
- Якобы?! — охренел я. — Идите и посмотрите, что там про¬исходит! Тут близко, рукой подать! Если не обоссытесь, когда увидите, кто поймал девочку...
- Я никуда не собираюсь идти, — заявила капитанша. Бернштейн и тощий согласно закивали, едва ли не синхронно. — Где гарантия, что это не штучки ваших приятелей? Откуда я знаю, кто там засел, в этой деревне?
- То есть девочку мы бросим?
Мать Ирочки забилась в своем углу, ее, как я только теперь заметил, удерживали гомики. Многовато бунтовщиков. Впрочем, всерьез я расценивал только капитаншу, Бернштейна и... и, по¬жалуй, тощего. Гомикам даже не доверили оружия, что на месте Заяц сделал бы и я, а лейтенант Воскобойников в меня стрелять не станет. В этом я был уверен. Закон, конечно, суров, и он — закон, но лейтенант уже должен был сообразить, что мы нахо¬димся на территории, где все понятия расплывчаты и многознач¬ны. Закон в том числе. А лейтенант — благородный молодой че¬ловек. Одно дело — террористу башку разнести, чем он и занима¬ется в своем спецназе. Террорист — это безусловное зло, а я — зло, как ни крути, условное, и он ко мне питает что-то вроде симпатии.
- Нет. Девочку мы постараемся освободить. Точнее, поста¬раетесь освободить вы. Еще точнее — вы пойдете обратно и вер¬нетесь с девочкой, — приказала капитанша.
Вот тварь тупая, а.
«« ||
»» [221 из
324]