Юрий Бурнусов - Точка падения
- Я сам только проснулся. Мне Пауль говорит: «Спи, чува-ак, я тебя разбужу на смену». Я давай спать, — принялся объяс¬нять Аспирин. — Спал-спал, чувствую, не будит меня Пауль. Проснулся сам, смотрю — дверь открыта, Пауля нет...
- Кто-то что-то видел?! — повернулся я к остальным. — Ма¬рина?! Офицер?!
- Я спала... — развела руками Марина. — Оля мне ничего не говорила...
- Я тоже спал. Хотя, если бы не спал, ушел бы с ними. Но меня не позвали. Видимо, теперь не доверяют, — мрачно про¬бормотал Воскобойников.
- Они, по ходу, Пауля взяли в проводники, — предположил Соболь, не опуская ружья. — Хорошо, что не перемочили всех нас спящими. Побоялись, наверное, что не осилят, если вски¬немся.
Логично. Тихонько сговорились, взяли тех, кто изъявил же¬лание, непонятно как скрутили Пауля и забрали с собой в каче¬стве живой карты. Неужели у них имелось еще оружие? Хотя кто их обыскивал... Повелись, твою мать: гражданские, мирное насе¬ление...
Я взял фонарь и молча вышел наружу. В мокрую и теплую темноту с недостроенного крыльца метнулась тень, но я не испу¬гался, потому что опознал корявенькую псевдоплоть Скарлатину. Скарлатиной я ее решил назвать в память о героическом генерале — это был его термин: «скотина-Скарлатина». Да и обзывалась сама она именно так.
Луч света выхватывал лоснящийся от воды борт бульдозера с облупившейся краской, полусгнивший вагончик, косые струи ливня. Неподалеку лежал полусъеденный труп Толика, над ним хорошо поработала псевдоплоть, оттащив подальше от здания.
- Скарлотина! — приветливо, но с опаской вякнула Скарла¬тина. Она выглянула из-за «КамАЗа»-бетономешалки. Я показал псевдоплоти кулак, и скотинка тут же спряталась. Поводил лучом по жидкой грязи — ни о каких следах не шло и речи... Эх, Пауль, старина Пауль... «Спи иди, не мороси...» Вот и не поморосил. Ладно, еще не все пропало, в конце концов.
Я спустился с крыльца, поднял отгрызенную по колено ногу Толика и вернулся в укрытие. Все смотрели на меня с ужасом, я буркнул:
«« ||
»» [244 из
324]