Юрий Бурнусов - Точка падения
- В спальнике лежит кто-то.
И пусть лежит. Ты видел, чего с собакой стало? Теперь прикинь, что может в спальнике лежать...
- Видал я такое, — деловито протиснувшись между нами, сказал Скунс. — Ничего страшного — развалится, соберется, по¬том опять развалится, опять соберется.
- Тем более валим, раз тут ничего интересного.
Сделав крюк, мы прошли по лесу еще километров пять, после чего наша проводница Скарлатина куда-то исчезла, и отряд вы¬брался к колхозу. Точнее, к тому, что от него осталось.
Указатель гласил: «Колхоз «Черепаново». Помнил я такой колхоз, но самого сюда не заносило. А кто-то здесь ходил — жес¬тяная пластина указателя была расстреляна из дробовика.
Асфальтовая дорога, по которой мы давеча не пошли, тяну¬лась вдоль колхозного поля, на котором ничегошеньки не росло.
Словно его вчера вспахали. Комья жирного чернозема, ровные борозды. А вон и трактор стоит под тремя березками на краю по¬ля. С виду вполне целый. Прямо картинка «рабочий полдень»: тракторист сейчас выйдет из-за березки, а к нему уже селянка с крынкой молока и обедом в корзинке. Тьфу, наваждение сплош¬ное. Но делать было нечего, и мы спустились к дороге, которая метров через сто расширялась, ненавязчиво переходя в главную улицу. Название ее было гордо начертано на углу забора крайне¬го дома: «улица Ленина». Дальше потянулись первые колхозные дома, ровненькие, аккуратные. Занавесочки на чистых окнах, крылечки с деревянной резьбой... Велосипед прислонен к забору, старенький «Урал», но в отличном состоянии, кажется, даже ши¬ны не спущены.
А вот чем глубже, то есть ближе к центру, — тем обстановочка менялась. И не в лучшую сторону. То стена дома наполовину трухлявая, то какая-то черная жижа на полдвора. Дома ближе к центру с одной стороны были вроде как поновее — двухэтажные, кирпичные, а с другой стороны они гораздо более обветшали, чем деревянные срубы на краю колхоза. Ни тебе занавесочек, ни даже стекол, в иных местах и рам-то оконных не было. На стенах то там, то тут было словно чернилами намазано — видать, какая-то зловредная плесень расплодилась.
На центральной площади был вообще цирк. Старая деревян¬ная колокольня притулилась к трехэтажному зданию. Колоколь¬ня была вполне ничего себе, даже колокол был на месте, и верев¬ка от него свисала куда-то вглубь. А вот здание, похоже, держа¬лось только благодаря ей. Бывшие когда-то белыми бетонные колонны покосились, крыша съехала, и все здание словно бы на¬валилось на колокольню, да таким макаром, что, казалось, дунь — и вся дикая конструкция рассыплется в прах. Жалостливо побле¬скивала табличка на здании: «Администрация Черепановского коллективного хозяйства». И, словно в насмешку, на ступенях под табличкой лежал череп. Настоящий череп. Выбеленный солнцем, вымытый дождями. Никаких костей больше рядом не было. Под накренившимся крыльцом, оторвавшимся правым краем от земли, был кем-то вырыт довольно широкий проход, уходивший в глубину под здание.
«« ||
»» [259 из
324]