Юрий Бурнусов - Точка падения
Из-за ширмы выскочил наконец человек в мундире, на мою беду оказавшийся машинистом метрополитена, и в ужасе бро¬сился наутек. Понимая, что я во всем просчитался и тону уже не на капитанском мостике, а в брюхе подводной лодки, падающей в десятикилометровую бездну, я с усилием провернул палочки в глазнице забывшего о предохранителе Джафара, вызвав новый жуткий вопль, и последовал примеру машиниста. Только лома-нулся я не к выходу, а через кухню, справедливо полагая, что там есть черный ход.
Он там и был.
Сшибая штабеля картонных коробок и визжащих почище Джафара псевдояпонских официанток, я выскочил во дворик и бросился к стене. Мусорный контейнер оказался хорошим подспорьем, чтобы ее преодолеть. По счастью, с другой сто¬роны был припаркован чей-то автомобиль, и я грохнулся сна¬чала на крышу, а затем на капот и уже оттуда скатился на ас¬фальт.
С низкого старта я рванул по переулкам, запутывая след. По¬том осознал, что зрелище негра, бегущего по вечернему Харькову с увесистой сумкой в руках, как минимум вызывает любопытст¬во, и сначала притормозил, а потом выбросил сумку с хабаром в мусорную урну.
Поступок был на первый взгляд глуп, но со своим хабаром в Зону не ходят. А я собирался ехать именно туда.
Зона много лет принимала в себя подонков общества: скры¬вающихся преступников, армейских дезертиров, уклонистов от той же армии, проворовавшихся чиновников или заторчавших жуткие суммы бизнесменов, даже злостных алиментщиков. Кто-то обретал там новую жизнь под новой фамилией, кто-то — вер¬нее сказать, подавляющее большинство, — либо возвращался на¬зад, предпочитая смерть от пули или тюремные нары, пусть даже возле параши, жуткой кончине в «мясорубке» или в пузе у псев¬догиганта... Разумеется, занимаясь перепродажей артефактов, я знал массу выходов на Зону, но никогда не думал, что придется ими воспользоваться. Пришлось, блин...
Присев на лавочку под каштанами, я отдышался и осмотрел¬ся. Харьковчане ходили-бродили туда-сюда, занимаясь своими делами. Их заботы и хлопоты ни в какое сравнение не шли с моими, потому что где-то уже раскручивался смертоносный ма¬ховик, в разные стороны ехали люди из диаспоры, связывались с другими людьми — а не видел ли кто Костю Пупырева? Ага, того самого, черножопого. Да ничего важного, так, срочно понадобился... Не видел? Ну позвони, если увидишь, не сочти за труд, за Джабраилом не заржавеет...
Малость успокоившись, если в такой ситуации вообще мож¬но успокоиться, я принялся прикидывать, с чего начать свой план спасения.
На мою съемную квартиру ехать нельзя — про нее все знают, туда уже едут. Если не приехали. Милку не тронут, как приманка она не годится, все опять же знают, что я жизнь на безмозглую подстилку, пусть и очень красивую, не променяю. Все равно тем более хотел ее бросить. Черт, заначка на квартире пропадет... А, ладно.
В общагу, где я часто ночевал у друзей, ехать тоже нельзя — я там не был с месяц, зачем подставлять пацанов? Да там и вещей моих нет почти.
«« ||
»» [96 из
324]