Сергей Палий - Монохром
Он переступил с ноги на ногу, зябко поежился, но без комментариев отправился крушить мебель. Впрочем, кому теперь нужна рухлядь, которую двум сталкерам тоже пустить на дрова? Правильно, никому. А значит, это вовсе не вандализм… Идея высушить шмотки на «жарках» пришла мне, когда мы были снаружи здания. Не знаю, занимался ли кто-то подобным экстримом раньше, но попробовать стоило. Максимум, что мы могли потерять при должной сноровке, – предмет сушки.
Подойдя к правому крылу пятиэтажки, мы тихонько сунулись в подъезд, по привычке сверяясь с ПДА и оглядывая каждый закуток. Тут было тихо. Пусто. Мертво. Мы обошли квартиры на первом этаже.
Одна дверь была заперта, но хорошего пинка оказалось достаточно, чтобы весь короб слетел с петель и грохнулся внутрь прихожей. Тлен. Везде тлен, гниль и запустение. Ни признаков сталкерских стоянок, ни аномалий, ничего. Как оставили хозяева эти убогие гнезда во время эвакуации в 86-м, так и замерло все здесь навеки. Диваны с продавленными и сгнившими до пружин подушками, покосившаяся мебель, пыльные люстры, простенькие детские игрушки. Удивил дешевый фарфор: в трех квартирах из четырех в кухонных сервантах за мутным оргстеклом виднелись нетронутые сервизы – хоть сейчас мой и садись пить чай. Такое редко встретишь в покореженном быту Зоны. Лишь на одной кухне порезвился ураган, ворвавшийся через глазницу рамы с разбитым зрачком стекла, – почти вся утварь была разбросана и перебита. А может, и не стихия постаралась, а шальной мутант? Кто его теперь разберет. Да и плевать, прямо скажем. Из полезностей мы вынесли с первого этажа кило соли, просроченный анальгин и полпузырька йода.
Обследование второго этажа принесло немногим больше плодов. К тому же мы стали замерзать, поэтому пришлось ускорить поиски. В однотипных конурках с облупившимися от влаги обоями удалось раздобыть пару кусков мыла и детский шампунь. Жаль, что умывальные принадлежности без воды оказались бесполезны. Также нашлось охотничье ружье с коробкой патронов. Как ни странно, именно эта находка оказалась самой полезной, ибо боеприпас хранился в запаянном целлофановом пакете и выдержал проверку временем. Правда, порох слежался, а маркировка выцвела. Я хорошенько растряс коробку, зарядил и пальнул в стену дуплетом. Выяснилось две вещи: ствол пригоден к бою, в патронах крупная дробь. Ножовку по металлу найти не удалось, а то соорудил бы из двустволки кустарный обрез. Да и вообще лучше б владелец хранил вместо этой дробильной машины ближнего боя нарезную «Сайгу».
Третий этаж встретил запахом гари и теплым воздухом. Весь правый сегмент от лестничной клетки был уничтожен пожаром. Мокрые шмотки к тому моменту уже окончательно остыли на наших тушках, поэтому каскад «жарок», который Лёвка почуял еще снизу, пришелся как нельзя кстати. И чтобы поскорее унять дрожь, мы таки решились применить варварский метод сушки.
Первым же разрядом «жарки» я обратил в пепел чехол для фляжки. Хорошо, что не рискнул ничего более существенного из гардероба положить на рабочий стул. Изголодавшаяся по добыче аномалия долго ворчала на весь этаж, плотоядно выискивая нас языками пламени. Мы засели в дальней комнате, и все бы ничего, но эта зараза запустила цепную реакцию, и «жарки» выжгли едва ли не весь кислород в помещениях. Не угомонись они через минуту, и два балбеса задохнулись бы, несмотря на близость окна. Еле выжили, зато согрелись.
Как только стихия поутихла, я вышел в раскаленный коридор. Дождался, когда каркас остыл, стер с него гарь и отнес стул на пяток метров. Но и следующая попытка с треском провалилась. «Жарка» сработала гораздо слабее. А с учетом увеличенного расстояния энергии едва хватило на прогрев развешенных портков.
Лишь с третьего раза я угадал оптимальное соотношение. И дело заспорилось.
Дешевые артефакты от фонтанирующей аномалии летели во все стороны, шмотки сохли одна за другой, стены коридора трещали от ритмичных перепадов температуры.
Теперь, когда мы не стучали зубами от холода, и впрямь разумнее было разложить костер и бодрячком досушить мелочь – благо, самые габаритные вещи уже хрустели…
«« ||
»» [199 из
261]