Дмитрий Самохин - Меняла Душ
Профессор Крид вел все экономические вопросы Боголюбова. Через него проходили все операции как законного, так и незаконного свойства. Он ведал казной семьи, а также осуществлял контроль над всеми законными фирмами, которые управлялись через подставных лиц.
Профессор Крид, маленький сухонький человечишка ростом полтора метра, лысый, с красным лицом, покрытым светлыми пятнами, отчего напоминал мухомор, покидал резиденцию Боголюбова редко, но регулярно. Каждый второй вторник месяца он выезжал в город в сопровождении телохранителей, направлялся на Васильевский остров, возле залива покидал автомобиль и шел к скромной обшарпанной пятиэтажке, где проводил два с половиной часа. Телохранители знали, что он посещает третий этаж, сороковую квартиру. Кто жил в этой квартире? Версии разнились. От любовницы до матери и престарелого отца. Но никто ничего точно сказать не мог. А профессор, когда его спрашивали, хмурился и молчал, словно партизан на допросе у инквизиции, только желваки вздувались от сдерживаемой ярости. Дальше одного вопроса никто не рисковал заходить.
Иван Хасанович знал о поездках своего бухгалтера, но не запрещал их, хотя понимал, чем он в итоге рискует, если профессор окажется в чужих руках. Но бунта на корабле Боголюбов не желал. Что будет, если у профессора Крида упадет настроение и он перестанет исполнять свои обязанности, Боголюбов даже представить себе не мог. Поэтому распорядился, чтобы помимо охраны, сопровождавшей профессора ежедневно, дом, который он посещал, за несколько часов до приезда дорогого гостя оцеплялся, местность прочесывалась и все неблагоприятные личности удалялись.
Так было заведено. И этому порядку следовали из месяца в месяц, из сезона в сезон, из года в год.
Профессор Крид в этот день задержался — уйма навалившейся работы, появившейся внезапно, когда ее никто не ждал. Всю ночь он не разгибаясь сидел над бумагами, ответил на две сотни писем, которые поступили со всех концов земного шара, подготовил месячные отчеты по всем фирмам Боголюбова для налоговой инспекции и отодвинулся от стола лишь на рассвете. Он завалился спать прямо в кабинете на диване и проспал бы до следующего вечера, если бы его не разбудили в полдень. В кабинет заглянул Боголюбов, крякнул, обнаружив бухгалтера на диване и, растормошив, осведомился, намерен ли он покидать сегодня особняк.
Профессор долго пытался понять, чего от него хотят, а когда понял, спросил о времени. Узнав же, что он уже два часа как должен был выехать в город, всполошился, запричитал:
— Она же переживать будет! У нее же давление. Как же так?! Нехорошо. Ой, как плохо получается! — И засобирался.
Кортеж из трех машин покинул резиденцию Боголюбова в час дня. Первая и последняя машины — черные «БМВ» — были набиты охранниками. В центре следовала черная «рено», которую очень любил профессор. На Васильевский остров Крид ездил только на наземном транспорте, не потому, что презирал флаеры, просто это было личное распоряжение Ивана Хасановича. Обеспечить колесной машине безопасность куда проще, чем кораблю. Его из «Стингера» поджег с километрового расстояния — и все дела. Никакая охрана и зачистка территории не помогут. Тут целый город зачищать нужно.
Кортеж неспешно втянулся в город, нарастил скорость и устремился к Васильевскому острову.
Профессор всю дорогу дремал, облокотившись на плечо охранника, который боялся шелохнуться, опасаясь волны возмущения, в которой можно было захлебнуться. Кортеж остановился неожиданно на середине Дворцового моста. От того, что машина резко затормозила и прекратила движение, профессор проснулся, высказался по поводу умственных способностей водителя и его профессиональных качествах и огляделся по сторонам. Ничего не увидев, Крид выглянул в окно.
«« ||
»» [115 из
279]