Дмитрий Самохин - Меняла Душ
Мысли были настолько черными и упадническими, что Лео и сам не заметил, как сдобрил кофе львиной порцией соленых слез.
Рутина скрутила его. Она утомила Лео своей обыденностью, каждодневностью. После приступа слезотечения и философского бреда о смысле жизни наступила глухая пора черной меланхолии. Всю работу, которая попадала к нему на рабочий стол, Лео выполнял скрипя зубами, иногда о чем-то забывая, где-то пропуская подписи на ответственных документах. Он был поглощен процессом самоуничижения, чтобы заметить такую мелочь, как подпись под платежным документом, отправленным на завод в Симферополь. Документ ушел по адресу, но вернулся оттуда с гневной отпиской о непроставленной подписи. Работа на заводе остановилась. Продукция не поступила на склады фирмы. Фирма оказалась в убытке, и никто не мог понять, по какой причине произошел сбой в системе и кто виноват. Началось служебное расследование, которое тут же указало на Леонида Ферзея, а он был — ни сном ни духом! Он даже не подозревал и не знал о том, какой фурор произвело отсутствие его подписи под документом.
К тому моменту как служебный видеофон Ферзея подал позывной, оповещая о том, что его жаждет видеть директор, Лео достиг предельной точки кипения. Он чувствовал, что стоит на грани, за которой либо пропасть, либо духовное просветление, и ждал знака судьбы, чтобы избрать свой путь. Он мечтал разорвать цепи рутины. Он хотел избавиться от собственной однообразной скучной жизни клерка. Он мечтал о чем-то невообразимом: оказаться бойцом спецназа и пробираться сквозь джунгли, где каждый шорох щекочет нервы и вызывает приток адреналина, а появление противника — прилив сумасшедшей радости, вводя душу в состояние неистовства.
Высокие ощущения — он жаждал их! Он искал их, но в его серой жизни ничего похожего не было. Флибустьер, грабящий торговые корабли и спасающийся от преследований королевского флота, бравый мушкетер, соблазняющий камеристку королевы и пьющий литрами шампанское на виду у неприятеля в бастионе Сен-Жерве. Лео привлекали книжные герои, которые в отличие от него, его сослуживцев, друзей и знакомых жили настоящей жизнью, а не высосанным из пальца суррогатом. Читая вкусную, обволакивающую, чарующую сознание книгу, он мечтал раствориться в искусно созданном автором мире, порою более живом, чем реальность, которую Лео видел за окном.
Он поднял трубку и услышал сухой, предельно сдержанный голос начальника:
— Ко мне в кабинет! — И короткие гудки брошенной трубки. И Лео всё понял. Он услышал сигнал, который ждал так долго. Он дико расхохотался, чем вызвал недоуменные взгляды коллег, сидящих за рабочими столами по соседству, но его это уже не смущало. Он знал, как ему поступить. Он понял, что всё, что он видит вокруг, это иллюзия, которую создали вокруг него для неведомых целей, и он может разрушить эту иллюзию. Он увидел выход.
Лео, мерзко подхихикивая, поднялся из-за стола и направился к выходу из зала. По пути к лифту он заглянул в туалет, где, запершись, достал из-за пазухи револьвер «Бульдог» с коротким дулом и массивной рукоятью, его пропуск в реальный мир. Вот уже три недели он носил этот «пропуск» с собой. Теперь настала пора его использовать. Проверив наличие патронов и боеготовность оружия, он вышел из туалета и направился к лифту.
Навстречу ему шла Светлана Громова, самая красивая женщина в фирме. Она работала с Лео в одном отделе, сидела за соседним столом и держалась в отношении к Ферзею неприступно и высокомерно. Она всегда соблюдала дистанцию и если удостаивала его взглядом, то только мимолетным. Светлана, столкнувшись с Лео в коридоре, презрительно усмехнулась и доверительно сообщила:
— Держись, шеф тебя сейчас иметь будет. — Лео ответил ей дерзкой ухмылкой, резко схватил за плечи, притянул к себе и насильно поцеловал взасос.
Поцелуй длился недолго. Сообразившая, что в сегодняшнем дне что-то явно не заладилось, Светлана отреагировала на поцелуй сильным ударом коленкой в пах сослуживца. Лео согнулся от боли, выпустил Громову и расхохотался.
«« ||
»» [121 из
279]