Дмитрий Самохин - Меняла Душ
А Матвей задумался. Он понял внезапно, что, изменив душу Заклепки, внес коррективу и в собственную жизнь. Теперь он не был знаком с Юлей, которую всего лишь пару минут назад провожал домой, но его это смутило мало, и забивать себе голову размышлениями над случившимся он не собирался. Не знаком, так и не знаком. К тому же его тяготили эти отношения.
Ставрогин решил вернуться на вечеринку. Повернул назад, засунул руки от холода в карманы дубленки и вдруг нащупал заманчивые хрустящие бумажки. Приблизившись к фонарю, он достал их из кармана и увидел, что это деньги. Развернув смятые купюры, он пересчитал их и чуть не грохнулся в снег. Он держал в руках двенадцать тысяч рублей. Приличная сумма! Полторы зарплаты его родителей. Откуда появились эти деньги, Матвей не знал, но твердо был уверен, что раньше такой наличности в кармане не было. Может, Заклепка подбросил в благодарность за то, что он сделал для него? Но ведь парень и не ведает, что произошло в его судьбе!
Оставив загадку без решения, Матвей спрятал деньги во внутренний карман дубленки и отправился к Большеглядовой на вечеринку, заглянув по пути в ларек, чтобы купить пару бутылок дорогого немецкого пива.
Глава 3
КОРОЛЬ УМЕР! ДА ЗДРАВСТВУЕТ КОРОЛЬ!
Ярослав держался в стороне от всех. Он хмуро осматривал свору прихлебателей, собравшихся на поминки Папы и на чествование нового предводителя семьи: «Король умер, да здравствует король». Поздравить Семена Костарева с восхождением на вершину пирамиды слетелась тьма народу. Здесь были крупные бизнесмены и банкиры, прикормленные депутаты, боязливо жавшиеся по углам, опасаясь, что затесавшийся на прием журналист сумеет заснять их физиономии скрытой камерой, представители шоу-бизнеса и звезды крупной политики, даже Карим, сын Ивана Хасановича Боголюбова, оказался в числе гостей. После демонстрации силы у Карима Ивановича не было иного выхода, как искать благосклонности Костарева. Гибель Ивана Боголюбова не так сказалась на благосостоянии семьи, как смерть профессора Крида — главный бухгалтер оказался самой важной фигурой в схеме. После того как его не стало, цепочка замкнулась. Семья перестала функционировать. Чтобы машина снова заработала, требовалось единовременное капитальное денежное вливание, но на это семья Боголюбовых оказалась неспособна. Нужна была поддержка, а ее не было. Все, кто когда-то находился в стане Боголюбовых, отвернулись от семьи и встали под флаги Костарева. Он сумел доказать, кто сильнее в городе. Кариму не оставалось ничего другого, как пойти на поклон к Семену. Боголюбова-младшего уже окрестили Вассалом. И никто не звал его по-иному. Только Вассалом. Ибо Боголюбов поклялся в вечной преданности делу Папы и семье Папы.
Сегодня был день Семена Костарева. Он радушно обходил гостей, улыбался и прихлебывал из бокала вино. Ярослав совсем не пил. Он помнил о нелетной погоде и о том, что ему еще предстоит возвращаться домой. Оставаться после смерти Пруткова в особняке его не прельщало. В том, что Пруткову помогли забраться в петлю, сомнений не было.
Первым делом после прибытия Ярослав в сопровождении Сергея заглянул в комнату Пруткова, где и было обнаружено тело. Яровцев выставил из комнаты всех, кроме Зубарева. Вдвоем они учинили тщательный обыск, который привел их к единственному выводу: в комнате перед повешением состоялась короткая схватка. Следы, после того как тело перестало трепыхаться, оказались затерты, но кое-что всё-таки осталось. Так, под кроватью Ивана Яровцев нашел лучевой «Паркер» с дарственной гравировкой. С этой ручкой Прутков не расставался. Она была дорога ему как память. Ее подарил отец на окончание школы. Вскоре после этого отец Пруткова умер. Другое обстоятельство, которое прямо-таки вопило об убийстве, Зубарев нашел в шкафу. Аккуратно свернутая штора, края которой оказались порваны.
— Когда Пруткова душили, он, видно, за штору схватился, она и оборвалась, — предположил Сергей.
— Теперь ты видишь, что творится в этом доме? — спросил его Яровцев.
«« ||
»» [165 из
279]