Дмитрий Самохин - Меняла Душ
Яровцев невольно оглянулся на Карима Боголюбова. Он стоял в компании оживленных людей, изрядно набравшихся, но вид у него был невеселый. Трудно пребывать в чудесном расположении духа на банкете у врага, празднующего над тобой победу в день, когда впору пребывать в трауре по отцу.
— Семен, ты уж меня извини, я поеду. Делов накопилось выше горла. Даже не знаю, как всё это разгрести. А еще на работу скоро выходить.
Ярослав состроил жалостливое выражение лица и уставился на Семена. Костарев ухмыльнулся и впился в него глазами. Несколько секунд длилась дуэль взглядов. Яровцев чувствовал, как его исследуют, как разглядывают каждое движение и дрожание ресниц, и во взгляде друга не было ни грамма дружелюбия. Так хищник изучает на расстоянии жертву.
— Конечно, Ярик, о чем может быть разговор. Ты прилетел, уважил меня, и на том спасибо! — Семен хлопнул Ярослава по плечу. — Я распорядился, чтобы твой флаер помыли и дозаправили. Чистого тебе неба. Прощай!
Костарев покинул Яровцева и направился к гостям.
Ярослав не стал искать Зубарева, посчитав, что Сергей простит ему уход по-английски, и направился на парковку.
Снегопад усилился. Густая патока снега струилась с черного, затянутого тучами неба. Ярослав нахлобучил на голову зонт в виде ермолки и включил защитный экран. Снег расступился, только одинокие крупинки косой шрапнелью залетали под экран.
Яровцев добежал до флаера и запрыгнул в салон. Отключив экран, он сбросил его на соседнее сиденье, набрал код доступа к запуску двигателя, подтвердил его и включил разогрев движка. Несколько секунд Ярослав сидел неподвижно, наблюдая за ярко освещенным домом. Его не оставляло чувство, что он делает грубую ошибку, что улетает с вечеринки. Что-то должно произойти. Яровцев собрался было уже заглушить двигатель и отправиться на поиски Зубарева. Душа неспокойно дрожала от мысли, что Сергей остался в стане врага один. Но Ярослав подумал, что один вечер погоды не сделает. Костарев не станет убирать Зубарева в день своего торжества.
Ярослав взялся за штурвал и поднял флаер в воздух. Он сразу почувствовал, что машина плохо слушается управления, но не придал этому значения. Попрощавшись на волне с диспетчерами воздуха, Яровцев набрал высоту, увеличил скорость и нацелился на город. Из-за снежной стены не было видно ни зги. Яровцев включил экран сканера и вывел его на лобовое стекло. Изображение со сканера наложилось на снежную пургу. Яровцев тяжело вздохнул, сбавил скорость и стал осторожно продвигаться вперед, стараясь не заблудиться в снежной круговерти.
Он снова почувствовал, что с флаером что-то не так, когда пересек черту города. Ярослав попытался снизиться, сбросив пару сотен метров, и дернул штурвал на себя, когда с ужасом обнаружил, что на него с угрожающей скоростью несется черный, в грязной снежной каше асфальт. Флаер резко ушел носом вверх. Ярослав с трудом удержал управление в руках и попытался перебросить флаер на автомат, но автоматика отказалась включаться, обнаружив сбитые настройки руля высоты. Яровцев судорожно сглотнул накопившуюся во рту слюну и обнаружил, что руки мелко дрожат, выплясывая на штурвале зажигательный танец.
«« ||
»» [168 из
279]