Павел Санаев - Хроники Раздолбая
— Что вы с мамой такие хмурые ходите, совсем даже не говорите со мной? — спросил он отчима на третий день, не забыв принять кроткий вид.
— А что ты дюдюську-бебяську включаешь, губки выпячиваешь? Сам не понимаешь, что ли?
— Не понимаю.
Дядя Володя прикрыл дверь, чтобы мама ничего не слышала, и тихо заговорил:
— Пойми, мать ревнует. Это естественно, так должно быть. Потом это пройдет, а сейчас она сама не понимает, что с ней. Ты уже лоб здоровый, должен к матери относиться, как к дочери. Не спорить — мудовую самостоятельность доказывать, а думать, как ее лишний раз не задеть.
— Она первая начала.
— А ты не сдачи давать должен, а говорить себе — вот такая у меня мама-дочка, я ее люблю, что мне ей сказать такое, чтобы сердце ей согреть, а не ранить. Понял?
— Попробую.
Подходящих слов Раздолбай не нашел.
— Ну, давай, подскажи что-нибудь, где ты там? — обратился он к внутреннему голосу.
«« ||
»» [197 из
445]