Анджей Сапковский. Ведьмак.
Ни дать ни взять. Откедова взялся-то? А ниоткедова. Бах, сталбыть, трах, тарарах - глядим: диавол. А мешать-то он нам, правду говоря, не шибко и мешает. Бывает, дажить помогает.
- Помогает? - грохнул Лютик, пытаясь вытащить муху из пива. - Дьявол?
- Не лезь, я же просил. Продолжайте, уважаемый Дхун. И как же он вам помогает, этот, как вы его называете...
- Диавол, - с нажимом повторил войт, - Угу, помогает, а как же: землю удобряет, почву рыхлит, кротов изводит, птиц распугивает, за репой и буряками присматривает. Да и гусениц, что в капусте заводятся, поедает.
Хоша, правду сказать, и капусту тоже того - съедает. Но так, не очень, вроде бы шуткует. Одно слово - диавол.
Лютик снова захохотал, потом щелкнул пальцами и выстрелил вымоченной в пиве мухой в спящего у камина кота. Кот открыл один глаз и укоризненно взглянул на барда.
- И однако, - спокойно сказал ведьмак, - вы готовы мне заплатить, чтобы отделаться от того дьявола, так или нет? Иными словами, не хотите, чтобы он обретался в вашей округе?
- А кому ж, - Дхун угрюмо взглянул на него, - хоцца, чтобы диавол сидел у него на поле-то? Это наша землица от дедов-прадедов, по королевской грамоте, и диаволу до нее никаких делов нет. Плевали мы на евонную помочь, што, у нас своих рук нету аль как? И вообче, милсдарь ведьмак, энто и не диавол никакой вовсе, а поганая скотина, и в черепушке евонной, прошу прощения, насрато так, што выдержать нету никакой мочи.
Утром не ведаешь, што ему к вечеру в башку взбредет. То в колодец наделает, то за девкой погонится, пугает, грозится ее... это... Ну, в обчем, того... Крадет, милсдарь ведьмак, скот и провизию. Уничтожает и портит, надоедает всем, на дамбе ямы роет, словно крыса какая аль бобр, вода из одного пруда вконец вытекла, и карпы поснули. В стогах трубку курил, сукин кот, пустил по ветру все сено...
- Понимаю, - прервал Геральт. - Значит, все-таки мешает.
«« ||
»» [216 из
833]