Анджей Сапковский. Ведьмак.
- Глянь-ка? - сказал Лютик.
В самом центре полянки лежал большой плоский камень, на нем - несколько глиняных мисочек. Между мисочками стояла почти полностью догоревшая сальная свеча. Геральт видел прилепившиеся к лепешкам расплавившегося жира зерна кукурузы и бобов, а также другие косточки и семена.
- Так я и думал, - проворчал он. - Ему приносят жертвы.
- И верно, - сказал поэт, указывая на огарок. - И ставят черту свечку. Но кормят его, как видно, зернышками, словно чижика какого. Ну и хлев! Все липкое от меда и дегтя. Что...
Дальнейшие слова барда заглушило громкое блеяние. В конопле что-то запрыгало и затопало, а затем из путаницы растений вылезло самое поразительное существо, какое Геральту доводилось видеть.
У существа были вылупленные глаза, козьи рога и борода, и росту в нем было чуть больше сажени. Губы, подвижные, рассеченные и мягкие, тоже наводили на мысль о жующей козе. Нижнюю часть его тела по самые раздвоенные копытца покрывали длинные, густые, темно-рыжие волосы. Кроме того, у него был длинный, оканчивающийся метелкой хвост, которым оно энергично размахивало.
- Ук! Ук! - гукнул чудик, переступая копытцами. - Ну чего надо?
Прочь! Прочь! На рога возьму! Ук, ук!
- Тебе что, козел, когда-то по заду поддали? - не выдержал Лютик.
- Ук! Ук! Бе-е-е-е! - заблеял козерог. Трудно было сказать, что это: подтверждение, отрицание или просто блеяние искусства ради.
«« ||
»» [222 из
833]