Анджей Сапковский. Ведьмак.
- Одна жрица из храма Гулдры. Это тайный храмовый язык...
- Кому тайный - тому тайный. - Полотенце хлестнуло о край бадьи, вода плеснула на пол, следы босых ступней обозначили шаги волшебницы. - Никакое это не заклинание, Геральт. И не советую повторять его в других храмах.
- Если не заклинание, так что? - спросил он, наблюдая за тем, как два черных чулка создают из воздуха одну черную ножку за другой.
- Шутливое выражение. - Трусики с оборками охватили нечто ласкающим глаз образом. - Хоть и не совсем цензурное.
Белая блузка с большим жабо в форме цветка порхнула вверх и сотворила формы. Как ведьмак заметил, Йеннифэр не пользовалась никакими штучками с китовым усом, которые так любят женщины. Ей это было ни к чему.
- Какое выражение? - спросил он.
- Давай не будем об этом.
Из стоявшей на столике четырехгранной хрустальной бутылки вылетела пробка. В бане запахло сиренью я крыжовником. Пробка описала несколько кругов и прыгнула на место. Чародейка застегнула манжеты нижней рубашки, натянула платье и материализовалась.
- Застегни, - повернулась она спиной, расчесывая волосы черепашьим гребнем. У гребня, как заметил Геральт, был длинный заостренный конец, который в случае нужды мог заменить кинжал.
Он расчетливо медленными движениями, пряжка за пряжкой, застегивал платье, вдыхая аромат ее волос, черным каскадом ниспадающих до половины спины.
«« ||
»» [296 из
833]