Анджей Сапковский. Ведьмак.
- А Маллеора? А рука княжны? - не сдавался канцлер, размахивая руками. - А трон? Король, тамошний народ признает тебя...
- В задницу тамошний народ, как любит говорить господин Богольт, - засмеялся Недамир. - Трон Маллеоры и без того мой, потому что у меня в Каингорне триста латников и полторы тысячи пеших против их тысячи зазнавшихся щитников. А признать меня они и без того признают. Я до тех пор буду вешать, сносить головы и волочить по улицам лошадьми, пока меня не признают. А их княжна - это жирная телка, и плевать мне на ее руку, мне нужна только ее... короче, пусть родит наследника, а потом я ее все равно отравлю. Методом мэтра Козоеда. Довольно болтать, Гилленстерн. Приступай к выполнению полученного приказа.
- Воистину, - шепнул Лютик Геральту, - он многому научился.
- Многому, - подтвердил Геральт, глядя на холмик, на котором золотой дракон, опустив узкую треугольную голову, лизал ярко-красным, раздвоенным языком что-то такое, что сидело в траве около него. - Но не хотел бы я быть его подданным, Лютик.
- И что теперь с нами будет, как думаешь?
Ведьмак спокойно смотрел на маленькое серо-зеленое существо, трепыхавшее крылышками летучей мыши рядом с золотыми когтями наклонившегося дракона.
- А как тебе все это. Лютик? Что ты об этом думаешь?
- Какое значение имеет, что я думаю? Я поэт, Геральт. Разве мое мнение кому-то интересно?
- Интересно.
- Ну так я тебе скажу. Я, Геральт, когда вижу гада, змею, допустим, или другую ящерку, то меня аж тошнить начинает, так я этим паскудством брезгую и боюсь. А вот этот дракон...
«« ||
»» [447 из
833]