Анджей Сапковский. Ведьмак.
Кони встали на дыбы, телега перевернулась, а голопольское войско вывалилось на землю. Йеннифэр, уже из чистой мстительности, яростно махала ногой и выкрикивала заклятия, превращая голопольцев в черепах, гусей, тысяченожек, фламинго и поросят. Зерриканки ловко и методично дорезали остальных.
Дракон, разорвав наконец сеть в клочья, вскочил, захлопал крыльями, зарычал и помчался, вытянувшись струной, за уцелевшим от бойни сапожником Козоедом. Козоед несся быстрее лани, но дракон был еще быстрее. Геральт, видя раскрывающуюся пасть и блестящие, острые как кинжалы зубы, отвернулся. Услышал чудовищный вопль и жуткий хруст. Лютик глупо хихикнул.
Йеннифэр, бледная как полотно, согнулась пополам, вывернулась набок, и ее вырвало под телегу.
Наступила тишина, прерываемая лишь соответствующим гоготом, кваканьем и попискиванием недобитых голопольских милиционеров.
Вэя, нехорошо усмехаясь, встала над Йеннифэр, широко расставив ноги.
Подняла саблю. Йеннифэр, бледнея, поднята ногу.
- Нет, - сказал Борх по прозвищу Три Галки, сидевший на камне. На коленях он держал дракончика, спокойного и довольного.
- Не надо убивать госпожу Йеннифэр, - повторил дракон Виллентретенмерт. - Теперь уже нет смысла. Больше того, теперь мы благодарны госпоже Йеннифэр за неоценимую помощь. Освободи ее, Вэя.
- Ты понимаешь, Геральт, - шепнул Лютик, растирая затекшие руки. - Понимаешь? Есть такая древняя легенда о золотом драконе. Золотой дракон может...
- Может принять любой облик, - проворчал Геральт. - Человеческий тоже. Я где-то слышал об этом, но не верил.
«« ||
»» [460 из
833]