Анджей Сапковский. Ведьмак.
- Что значат для Брокилона сто лет? И сто зим?
Геральт замолчал.
Дриада отложила гребень, погладила Цири по пепельным волосам.
- Согласись на предложение Вензлава, Эитнэ.
Дриада холодно взглянула на него.
- Что это нам даст? Нам, детям Брокилона?
- Возможность выжить. Нет, Эитнэ, не прерывай. Знаю, что ты хочешь сказать. Я понимаю, как гордишься ты тем, что Брокилон независим. Однако мир меняется. Что-то кончается. Хочешь ты того или нет, но человек овладевает миром. Выдерживают те, кто сживается с людьми. Другие погибают.
Эитнэ, есть леса, где дриады, русалки и эльфы живут спокойно, в мире с людьми. Ведь мы так близки. Ведь люди могут быть отцами ваших детей. Что дает тебе твоя война? Потенциальные отцы ваших детей падают под вашими стрелами. А результат? У скольких дриад Брокилона чистая кровь? Сколько из них - похищенные, переделанные человеческие девочки? Даже Фрейксенетом ты вынуждена воспользоваться, потому что у тебя нет выбора. Что-то маловато я вижу здесь маленьких дриад, Эитнэ. Вижу только ее - человеческую девочку, испуганную и отупевшую от наркотиков, парализованную страхом...
- И вовсе я не боюсь! - вдруг крикнула Цири, на мгновение снова превращаясь в маленького дьяволенка. - И не отупела я нисколечко! И не думай! Со мной тут ничего не может случиться! Вот еще! Я не боюсь! Моя бабушка говорит, что дриады не злые, а моя бабушка - самая умная бабушка в мире! Моя бабушка... Моя бабушка говорит, что должно быть больше таких лесов, как этот...
Она замолчала и опустила голову. Эитнэ засмеялась.
«« ||
»» [720 из
833]