Мария СЕМЕНОВА ВОЛКОДАВ: ИСТОВИК-КАМЕНЬ
- Я старый осёл!.. - сказал Харгелл досадливо. - Надо было поймать его
петлёй, и вся-то недолга! Так ведь побоялся, дурак, что парень отскочит и
сорвётся в обвал...
Он сматывал верёвку. Вернее, то, что от неё осталось: размозжённые,
перебитые лохмотья.
- Теперь только мешки завязывать. Ещё и верёвку испортил, холера.
Двое мальчишек-веннов в опрокинутой клетке были живы и, судя по всему,
серьёзно не ранены. А вот Рыжему досталось так, что не позавидуешь. Когда
надсмотрщики вернулись к повозке, он по-прежнему сидел на земле, сжав руками
лодыжку придавленной камнем ноги, и негромко стонал. По его лицу, смывая
«« ||
»» [139 из
761]