Аннотация
А они с ним полных три года вместе ели и спали и даже, случалось, в одной и той же корчме кружечку опрокидывали!.. И понятия не имели, что молчаливый паренёк-венн, ничем, по сути, от всех прочих не отличавшийся, - он самый и есть их будущий Наставник, которому, оказывается, от Богов уготовано нынешнего превзойти и сменить!..
Кое-кому теперь, задним числом, уже думалось, что на самом деле обыкновенным Волк не был никогда, что с самого начала сквозило в нём нечто "этакое", и, если порыться в памяти хорошенько, тому непременно отыщутся свидетельства; вот только ума не хватило сразу их распознать и смекнуть, с каким избранником Богини Кан выпало делить хлеб и спальный чертог.
Другие, менее восторженные (или не менее, а просто по-другому), зачем-то разминали кисти рук и иные суставы, как всегда полагалось перед началом урока. Спрашивается, с чего бы заниматься этим посередине его, если не в конце, ибо вряд ли сегодняшний урок будет продолжен?.. Парни поступали так не по сознательному велению ума. Это находили выход невысказанные и, может быть, даже неосознанные мысли, ещё не присвоенные рассудком, их породившим: "Если Волку удалось, то почему не мне? Кем сказано, что следующим буду не я? Я стану усердно подражать Наставнику, кем бы тот ни был, и трудиться, трудиться. Я готов взяться за дело прямо сейчас..."
А третьи, самые бездарные, но, как водится, собственной бездарности не понимающие, прятали этакие многозначительные ухмылки: "Ну конечно. Из кого же ещё ему было воспитывать Лучшего ученика, как не из такого же венна. Нас-то вот не выбрал небось..."
Потом подошёл Хономер. Жрец, по обыкновению, внешне являл полное самообладание, но что-то в выражении его лица показалось Волкодаву странным... что именно? И так ли уж это было важно?
Хономер молча смотрел на него сверху вниз. Он не злорадствовал, но и не пытался поставить под сомнение победу ученика, а значит - согласно уговору, - провозглашение нового Наставника и уход из крепости прежнего. Трудно было удержаться от мысли, что ему просто доставляло удовольствие вот так созерцать Волкодава, распростёртого на земле и, похоже, бессильного. И ещё - он как будто знал про венна нечто такое, чего тот сам о себе не ведал.
Что он знал?.. Имело ли это значение?..
Навряд ли...
Не пытаясь подняться, Волкодав сказал Хономеру то, что представлялось первостепенным ему самому, и голос прозвучал на удивление ровно:
- Если ты позволишь, я задержался бы здесь ещё на несколько дней. Книгу одну хотелось бы дочитать.
«« ||
»» [103 из
261]