Денис Шабалов - Право на силу
Горе-охранник тоже встал, отполз в противоположный угол вышки, забился, поджав под себя ноги. Опять захлюпал — похоже, отходняк попер от пережитого стресса.
— Да ладно хлюпать-то, — Данил сунул нож в ножны, снял винтовку.
Пацан испуганно съежился, упулился на «винторез»… Ага, узнал… Раньше-то винтовка за спиной висела, видно ее не было, а в этой лохматой хламиде да в противогазе под капюшоном, разве человека разглядишь? «Винторез» — он приметный, Данил один только в округе с таким ходит, у которого на прикладе упор под щеку наставлен, да магазин на десять патронов. Прапор и Герман, у которых тоже имелись такие же машинки, предпочитали двадцатипатронные магазины от «ВАЛа».[30]
— Дядь Добрыня, ты, что ли? — в голосе парнишки слышалось робкое облегчение. Молодой, не понимает еще, что это еще хуже, когда соседу-то слил…
— Я, я. Да не ссы, сказал, не нужен ты мне.
— Да я чё… Я ничё… А ты… Да ты бы… — слова, похоже, закончились. — Да я ж не знал, что эт ты, думал, кто со стороны!
— С какой стороны-то?
— Да мало ли… А ты — вот так… — в голосе послышалась обида. — Больно, блин! Ты бы у Прапора спросил, разве б он не сказал?
Данил хмыкнул, поглядел на часы. Пора закругляться… Посмотрел на пацана так, что тот даже сквозь стекла противогазные смысл взгляда уловил. Проникся…
— Понимал бы чего, сопля… Короче, так. Если ты соврал чего или недосказал — твои об этом разговоре узнают, понял? И Прапор — первым. Че тогда будет тебе, понимаешь?
«« ||
»» [39 из
300]