Дмитрий Силлов - Закон проклятого
Случилось это в тот день, когда ему стукнуло двадцать лет.
Наркотики или выпивка до концерта? Боже упаси! Никогда! Он бы просто не выдержал напряжения. Да и как смешивать два абсолютно несовместимых кайфа? Каждое выступление, каждая секунда, когда он держал в руках инструмент, были взлетом фантазии, шедевром настоящего таланта, которые так редко рождаются в наше слишком прагматичное время. Он уже научился не смотреть вниз, в зал. Он научился презирать свою публику и весь этот грязный, лицемерный мир. Но если на сцене он мог просто закрыть глаза, то единственной защитой от назойливой жизни вне сцены стали виски и наркотики.
Той жаркой, осенней ночью он довольно неплохо отыграл концерт в одном из многочисленных клубов Зоны Рио, а после отправился домой в сопровождении очередной богатой дамы преклонного возраста, желающей доказать самой себе, что она ещё на что-то годится.
Эндрю откупорил бутылку виски. На часах была половина третьего. Отхлебнув прямо из горлышка, он с неприязнью покосился на свою некрасивую спутницу, которая к тому времени была уже изрядно пьяна и морщинистыми руками пыталась расстегнуть его рубашку. Её слишком сильно накрашенные губы приблизились к его лицу… и тут Эндрю почувствовал неприятный запах. Нет, у неё ни в коем случае не пахло изо рта. Да и те духи, что она использовала, его вполне устраивали. Просто от неё веяло столь ненавистным ему запахом старости, который никакой даже самый дорогой парфюм не мог вытравить. Ему осточертел этот запах. Ему осточертело всё. Продюсеры с нестандартной сексуальной ориентацией, вначале сулящие миллионные контракты, а затем пытающиеся затащить его в постель. Их стареющие жены, которые расточают комплименты в адрес его музыки, ни черта в ней не понимая, и при этом пытаются получить от него то, чем не могут вдоволь насладиться с мужьями. Навязчивые поклонники, достающие его всегда и везде. Папарацци, норовящие подловить его в туалете или в постели…
За свою короткую жизнь «звезды» Эндрю успел усвоить, что поп-музыка на пятьдесят процентов состоит из денег и рекламы, на сорок восемь из секса, наркотиков и выпивки и лишь оставшиеся два процента делят между собой ноты и мастерство исполнения. Ему было больно сознавать это. Мысли о том, что секс с престарелыми матронами является непременным атрибутом его карьеры (благо, хоть «голубые» особо не приставали после того, как история с Толстой Мэгги получила огласку), грызли его каждую секунду, и попытки заглушить нарастающую депрессию при помощи виски и наркотиков медленно сводили его в могилу.
И, вот уже в который раз за последнее время разозлившись на весь мир, Эндрю грубо оттолкнул престарелую даму и шагнул к сейфу, где хранил наркотики-верное средство от плохого настроения…
Внезапно он покачнулся и сжал ладонями виски. Голова раскололась от адской боли, из носа хлынула кровь, желудок задергался в спазмах, словно пытаясь выскочить наружу, всё тело стало корчиться в судорогах. Он схватился за живот, и остатки не переваренного ужина напополам с виски хлынули на дорогой ковер. Глаза его закатились, и, захлебываясь в слюне, крови и желудочном соке, он упал на стеклянный журнальный столик, который разбился под его весом и осколками распорол и новый восьмисотдолларовый костюм Эндрю, и живот его хозяина.
Престарелая дама, рассматривающая в тот момент в громадном зеркале собственную силиконовую грудь с неестественно для ее возраста торчащими кверху сосками, не сразу сообразила, в чем дело. С полминуты она в растерянности хлопала приклеенными ресницами и топталась около распростертого на полу тела, потом быстренько оделась, схватила сумочку и выскочила из квартиры, оставив Эндрю на залитом блевотиной и кровью полу.
Она не позвонила ни в полицию, ни в скорую помощь. Как она могла?! На следующий же день на первых полосах газет могло оказаться её имя. «Пятидесятидвухлетняя Мария Хосе, жена известного продюсера, найдена в постели с молодым музыкантом» или «Карьера! Вот так она делается!». Нет, позволить себе такое респектабельная леди просто не могла…
Эндрю умер бы от передозировки героина или от потери крови, а может, от того и от другого вместе, если бы, по счастливой случайности, его сосед не решил бы проехаться по бульвару Авенида Революсьон, поглазеть на уличных проституток. Увидев распахнутую дверь соседней квартиры и заподозрив что-то неладное, он сообщил консьержу. И уже через несколько минут машина реанимации с воем уносила в ночь бесчувственное тело музыканта.
«« ||
»» [186 из
441]