Дмитрий Силлов - Закон проклятого
«Иди и смотри», – отчетливо сказал на этот раз абсолютно незнакомый голос. Эндрю вздрогнул и обернулся. И тут же опять усмехнулся про себя. Сколько можно вздрагивать? Пора б уж привыкнуть.
– Иди и смотри, надо же?-негромко произнес он себе под нос.
Неожиданно апатия, охватившая его со времени первого ужасного видения, на секунду отпустила его. Ему стало любопытно. Он внимательно посмотрел на продавщицу и немного напряг воображение, представив, что его взгляд проникает в череп девушки. Глубже, еще глубже… В самые сокровенные уголки девичьей памяти, в которой, вопреки поговорке, отлично сохраняется все более-менее важное для ее хозяйки… И еще глубже… Туда, куда ей нет доступа… В те хрупкие участки, что принимают слабые, едва уловимые сигналы других людей, думающих о данном конкретном человеке… Те, что формируют чувство, которое называют интуицией…
Результат был поразительным.
Цветочный магазин исчез. Исчезли розы, хрустальные вазы и терпкий, тяжёлый аромат умирающих цветов. Перед глазами музыканта появилась обшарпанная комната мотеля. Где-то на кухне монотонно капал не до конца завёрнутый кран, полуоторванный край обоев сиротливо свисал со стены, обнажая неровную кирпичную кладку. Почти всё пространство комнаты занимала огромная кровать. Большой, потный мужчина на ней хрипел и размеренно двигался в такт падающим каплям из крана на кухне.
– Диего… О, Диего, ещё… – неслось из-под мужчины.
Худенькая, короткостриженая девушка извивалась под ним и стонала так громко и протяжно, словно не занималась любовью, а голосила по украденному кошельку.
«Любовь-это серия бессмысленных возвратно-поступательных движений», – вспомнил Эндрю слова великого Кафки и снова усмехнулся.
– О, Долорес, дорогая… – прохрипел мужчина, вопреки логике думающий в этот самый момент не о своей стриженой подружке, а о продавщице цветов…
– Вам в упаковку за пять песо или за десять?
«« ||
»» [268 из
441]