Дмитрий Силлов - Закон проклятого
– Ты, мужик, это брось!-серьезно сказал ему Калашников. – При таком раскладе, глядишь, оно мне ещё пригодится.
Еле слышно скрипнула дверь. В номер вошла женщина, неся перед собой большой поднос, уставленный хитро украшенной посудой. От подноса пахло так, что измученный желудок лейтенанта сжался в комок и подпрыгнул куда-то к горлу. Его замутило. Больше года лёжа в своем полугробу, он почти ничего не ел, и земной поклон тёте Клаве, которая не забывала хоть раз в день, да покормить калеку водянистой больничной кашей…
«Не обдели же благодатью Своей, Господи, таких вот тёть Клав, которые подходят порой к смердящим больничным койкам и вершат свой великий подвиг не за деньги и не во славу Твоего имени, а лишь по велению прекрасной души своей», – подумал, а может, впервые в жизни помолился лейтенант Калашников.
Женщина шла к его кровати, но что-то странное было в её походке. Тренированный глаз бывалого вояки заметил это ещё издали, как только женщина переступила порог. «Ишь ты, спину держит прямо, будто палку проглотила. Идет ровно, по линеечке. И глаза-то, а! Итить вашу маму, она ж не моргает!»
Странная официантка сгрузила поднос на стол и, повернувшись к Калашникову, уставилась невидящим взглядом куда-то ему за спину.
– Вам просили передать, чтобы вы никуда не выходили из номера. Отдыхайте, набирайтесь сил. Когда понадобитесь, вам сообщат отдельно.
«Ишь ты, – подумал лейтенант. – Машка-то хоть и с рязанской мордой, а акцент-ещё тот. Можно подумать, что только из Гарварда подруга. А взгляд-то… Жуть».
– И кому ж это, милая, я могу понадобиться? Кому я вообще упёрся в этом городе? Не просветишь часом, что у вас тут за чудеса творятся, и кто это меня сюда определил?
– Вам просили передать… – снова заученно начала женщина.
– Всё-всё, понял, подруга. Можешь идти. Больше вопросов не имею.
«« ||
»» [330 из
441]