Мэтью Вудринг Стовер - Эпизод III: Месть ситхов
– Нет, – он прижал палец к ее губам и улыбнулся. – Никаких «но». Ты и так волнуешься слишком много.
– Приходится, – она тоже улыбнулась, несмотря на стоящие в глазах слезы. – Потому что ты не волнуешься совсем.
Анакин подскочил в кровати, задыхаясь, невидящими глазами уставясь во враждебную темноту.
Как она кричала, звала его. Как умоляла его. Как силы оставили ее, лежащую на том чужом столе. Как, в конце концов, она смогла только простонать: «Анакин, прости меня. Я люблю тебя. Я люблю тебя…» Образы ураганом крутились в голове, ослепляя, заслоняя собой очертания ночной комнаты, заглушая все звуки, кроме бешеного стука сердца.
Немеханическая рука нащупала незнакомые, пропитанные потом, шелковые простыни, обернутые вокруг талии. Он наконец вспомнил, где находится. Чуть повернулся и увидел ее, лежащую на боку. Великолепные волосы разметались по подушке, глаза закрыты, на губах танцует легкая полуулыбка. И увидев, как она мерно дышит, он отвернулся, закрыл руками лицо и зарыдал.
Слезы, что просачивались между пальцами, были слезами благодарности.
Она жива. Она с ним.
В глубокой тишине слышно было жужжание электромоторчиков в протезе. Он отбросил простыни и встал.
Пройдя через чулан, вышел на винтовую лестницу, ведущую к веранде, с которой открывался вид на частную посадочную площадку, принадлежавшую Падме. Он облокотился на холодные перила и устремил взор в безбрежную даль.
Корускант все еще горел.
«« ||
»» [191 из
536]