Джеймс Кан - Эпизод VI: Возвращение джедая
Ощущения вернулись – все сразу. В кожу вонзились мириады крошечных острых зубов, воздух рвал легкие в клочья, и каждый вдох был агонией. Он снова оглох от рева ветра, когда из какой то щели потянуло едва заметным сквозняком. Он был мокрым от пота. Сердце, разгоняясь, яростно гнало кровь по венам, и каждый удар его сотрясал сведенные судорогой мышцы. От боли корчило каждую клетку. Хотелось кричать, но что то по прежнему зажимало ему рот. Было больно, но он не понял, что это боль.
А потом вернулось сознание, и его погребло под лавиной полузнакомых картинок… зеленые холмы какой то планеты, мохнатая физиономия с носомпуговкой, прижатая к прутьям клетки, росчерк голубого луча, зажатого в крепкой ладони, боль в обожженной выстрелами руке, «Хэн, я люблю тебя…»
Наверное, он должен был сойти с ума, затеряться в водоворотах оттаявшей памяти.
Но ему повезло.
Он не был настолько чувствителен. Его смыло волной воспоминаний и вынесло на поверхность, оставив лишь пену недавних событий: предательство человека, которого он считал другом, нездоровый звук двигателей корабля, бледное, полупрозрачное лицо девчонки с неплачущими блестящими глазами. «Я люблю тебя, Хэн!»
Кто то поддерживал ему голову. Когда стих ураган, ревущий в ушах, он спросил: «Кто здесь?» Протянул руку в кромешную мглу; костяшки ударились о металл. Он попытался вырваться из удерживающих его рук, вспомнив о Бобе Фетте, наблюдающем, как… воспоминание оборвалось, оставив лишь боль и страх.
– Расслабься, – квакнул над ухом незнакомый голос. – У тебя постгибернационная слабость. Сейчас все пройдет.
– Я ничего не вижу, – сухую глотку царапнуло, он не узнал даже собственного голоса.
Его так трясло, что даже короткие фразы казались проблемой.
– Зрение со временем вернется, – проквакал все тот же голос.
«« ||
»» [26 из
237]