Аркадий и Борис Стругацкие - Обитаемый остров.
- Ничего не понимаю, - повторил Гай. - Слушай, ты жив! Рада, грей воду! Разбуди этого старого хрена, пусть даст водки...
- Тихо, - сказал Максим. - Не шумите, за мной гонятся.
- Кто? Зачем? Чепуха какая... Рада, дай ему переодеться!..
Мак, садись, садись... или, может быть, ты хочешь лечь? Как это получилось? Почему ты жив?..
Максим осторожно сел на краешек стула, положил руки на колени, чтобы ничего не испачкать, и, глядя на этих двоих, в последний раз глядя на них, как на своих друзей, ощущая даже какое-то любопытство к тому, что произойдет дальше, сказал:
- Я ведь теперь государственный преступник, ребята. Я только что взорвал башню.
Он не удивился, что они поняли его сразу, мгновенно поняли, о какой башне идет речь, и не переспросили. Рада только стиснула руки, не отрывая от него взгляда, а Гай крякнул, фамильным жестом почесал шевелюру обеими руками и, отведя глаза, сказал с досадой:
- Болван. Отомстить, значит, решил... Кому мстишь? Эх, ты, как был псих, так и остался. Ребенок маленький... Ладно.
Ты ничего не говорил, мы ничего не слышали. Ладно... Ничего не желаю знать. Рада, иди грей воду. Да не шуми там, не буди людей... Раздевайся, - сказал он Максиму строго. - Извозился, как черт, где тебя носит...
Максим поднялся и стал раздеваться. Сбросил грязную мокрую рубаху (Гай увидел шрамы от пуль и гулко проглотил слюну), с отвращением стянул безобразно грязные сапоги и штаны.
«« ||
»» [163 из
360]