Аркадий и Борис Стругацкие. Понедельник начинается в субботу.
Вошел, кутаясь в норковую шубу, тонкий и изящный Кристобаль Хозевич Хунта. Федор Симеонович обернулся.
- А, К-кристо! - воскликнул он. - П-полюбуйся, Камноедов этот, д-дурак, засадил м-молодого п-парня дежурить н-на Новый год. Д-давай отпустим его, вдвоем останемся, в-вспомним старину, в-выпьем, а? Ч-что он тут будет мучиться? Ему п-плясать надо, с д-девушками...
Хунта положил на стол ключи и сказал небрежно:
- Общение с девушками доставляет удовольствие лишь в тех случаях, когда достигается через преодоление препятствий...
- Н-ну еще бы! - загремел Федор Симеонович. - М-много крови, много п-песен за п-прелестных льется дам... К-как это там у вас? Только тот достигнет цели, кто не знает с-слова «страх»...
- Именно, - сказал Хунта. - И потом - я не терплю благотворительности.
- Б-благотворительности он не терпит! А кто у меня выпросил Одихмантьева? П-переманил, п-понимаешь, такого лаборанта... Ставь теперь б-бутылку шампанского, н-не меньше... С-слушай, не надо шампанского! Амонтильядо! У т-тебя еще осталось от т-толедских запасов?
- Нас ждут, Теодор, - напомнил Хунта.
- Д-да, верно... Надо еще г-галстук найти... и валенки, такси же не д-достанешь... Мы пошли, Саша, н-не скучайте тут.
- В новогоднюю ночь в институте дежурные не скучают, - негромко сказал Хунта. - Особенно новички.
«« ||
»» [87 из
239]