Евгений Сухов - Медвежатник
Барышня не стремилась заводить знакомств с соседями и держалась с ними корректно-вежливо, никогда не переступая границы, за которой следует непременное чаепитие на скрытой веранде. Соседи также отмечали, что у барышни великолепная прислуга и строгий неразговорчивый дворник. Никто из них даже не подозревал, что дворником в доме Елизаветы служил весьма примечательный субъект – в прошлом известный душегуб и злодей по прозвищу Мамай, отбывший за грабежи двадцать пять лет на сибирской каторге, а в нынешние времена человек добропорядочный и весьма гуманной профессии.
Швейцаром же служил не менее легендарный человек – бывший околоточный надзиратель, списанный со службы за брань с обер-полицмейстером. Нынче его звали Макаром. Неизвестно, как бы сложилась судьба бывшего стража порядка, если бы его в одном из кабаков не присмотрел Савелий Родионов и не нанял себе на службу. Поначалу Савелий Николаевич использовал бывшего полицейского в качестве обыкновенного наводчика.
А когда Макар изрядно примелькался, Савелий определил его на покой – в тихий московский дворик к Елизавете, назначив за усердие весьма приличное жалованье.
Едва Савелий подошел к подъезду, как дверь гостеприимно распахнулась и в проеме предстал детина с окладистой бородой и повадками важного барина. Савелий погасил в себе усмешку: как мало нужно, чтобы изменить человека, поставь его у дверей, сунь в ладонь рублевые чаевые, и лакей готов.
– Пожалуйте, Савелий Николаевич, – едва протянул Макар, принимая на руки плащ.
Как это ни выглядит странным, но бывший каторжанин и околоточный надзиратель сошлись крепко. Их частенько можно было увидеть на лавочке перед самыми воротами, смолящих цигарки и неторопливо беседующих за жизнь.
– Лиза здесь?
– Здесь она, лапушка, – протянул Макар, слащаво прищурившись.
Вполне благопристойный дедок, пекущийся о счастье любимой внученьки.
– Все в порядке? – поинтересовался мимоходом Савелий.
«« ||
»» [189 из
505]