Евгений Сухов Побег Книга 4
Беспалый, еще не встретившись со Шрамом, пока не мог придумать, чем бы тот мог быть ему полезен, но врожденная страсть к коварным интригам заставила его принять решение: Шрама надо взять на крючок. В любом случае это будет полезно и рано или поздно пригодится.
Беспалый был отличным физиономистом и психологом. Пятнадцати минут разговора ему хватило, чтобы составить себе портрет Шрама. И он решил не тянуть.
— Мы можем здесь говорить? Мне надо вам сказать нечто очень важное, — напуская на себя фальшивую тревогу, спросил Беспалый и многозначительно воздел руки к потолку.
— Можно, — кивнул Шрам. — Тут нет прослушки. Телефона, как видите, не имеется и стены чистые.
Шрам забеспокоился. Он забеспокоился сразу же, когда увидел Беспалого. Коля предупреждал его о госте из Москвы, но появление в Питере этого страшного мужика, который назвался подполковником внутренних войск, стало для него полной неожиданностью. Не то чтобы он испугался — он уже давно отвык пугаться людей из эмвэдэшных ведомств. Но этот Беспалый вызвал у него тревогу. Когда же он сообщил, что является начальником колонии строгого режима, подсознательная тревога укрепилась.
— Я должен вас предупредить, что наш общий знакомый пока не в курсе того, что я сейчас вам скажу, — понизив голос, сообщил Беспалый. — Пусть это пока останется между нами. — И не дожидаясь реакции Шрама на эту завуалированную просьбу, он нанес удар: — Игнатову, по-видимому, удалось бежать из колонии. И он в настоящее время, очевидно, жив. Не знаю, здоров ли, но что жив — вероятность очень велика. И об этом знают пока только три человека: я, вы и сам Варяг.
Нет, Беспалый не ошибся. У Шрама явно рыло было в густом пуху. От его спокойного самодовольства не осталось и следа. Он побледнел.
— Насколько надежны эти сведения? И почему же раньше была другая информация? — глухо выдавил Шрам.
— Сведения не стопроцентные, — твердо произнес Беспалый. — Но очень вероятные. Вы ведь, насколько я понимаю, с ним были хорошо знакомы… — Тут Александр Тимофеевич сделал свою коронную паузу, которую очень часто применял в душещипательных беседах с зеками, перед тем как их вербануть.
Оказавшись в своей стихии. Беспалый даже воодушевился.
«« ||
»» [211 из
369]