Евгений Сухов Побег Книга 4
— Майор, а с чего ты взял, что этот… пришлый — Варяг? Может, он просто родственник того священника…
— Да нет, товарищ подполковник. Проверяли. Нет у священника никакой родни. Кроме племянницы. Она, кстати, тоже на хуторе сейчас живет. Она вообще-то там, говорят почти по полгода проживает. Сама — питерская…
— Питерская? — задумчиво переспросил подполковник. А что, почему нет? У Варяга в Питере, пожалуй, лежбище имеется. С чего это вдруг питерская баба поедет в глушь таежную — аккурат в тот момент, когда на хуторе у ее деда появляется порванный рысью гость? Все это выстраивается в интересную шараду…
Беспалый принял решение срочно вылететь к себе в Северный Городок. Ему, правда, еще предстояло написать отчет о командировке в Питер. Но, впрочем, как и командировка, устроенная ему Колей, была липовой, так и отчет можно состряпать липовый — ведь он же никакого дополнительного расследования не проводил. Не считая любопытной встречи со Шрамом…
Вечером он созвонился с Калистратовым, коротко рассказал о поездке в Питер и на следующее утро передал ему официальный рапорт о командировке. У генерала, который был в курсе того, что питерскую командировку Беспалому состряпал Коля, явно вертелись на языке разные вопросы. Но он все-таки смолчал. С Беспалым был весьма сух и холоден и, даже не взглянув на рапорт, сунул его в стол.
В самолете Беспалый напряженно размышлял о возможном бегстве Варяга, прикидывая все возможные варианты развития событий. Итак, в его отсутствие Кротов нашел в лесу подземный ход, который вел прямехонько на внутреннюю территорию зоны. В лазе обнаружили и полуразложившийся труп пропавшего младшего сержанта Шлемина. И все встало на свои места. Известие о подземном ходе разъярило Беспалого. И ведь как, сволочи, все втихаря сделали — землю вынимали и ведрами носили в подпол клуба, а там аккуратно рассыпали… Он понял, что, как ни старался наладить бесперебойную сеть лагерных осведомителей, все равно система дала сбой в самый ответственный момент. И не важно, чья это была вина — покойного ли Щеголя, или лично его, Беспалого. Одно ясно, что Мулла обдурил начальника колонии, обвел вокруг пальца, причем не единожды. Беспалый до сих пор не мог простить себе той оплошности, когда легко принял на веру слова старика татарина о смерти Варяга.
Наличие подземного лаза утвердило его в догадке, что Варяг каким-то неимоверным образом уцелел, совершил побег, а потом удрал на север, отмечая путь своего бегства кровавыми следами. В душе Беспалого бурлила неумная ярость. Теперь для него было делом принципа достать Варяга. И он теперь вынашивал план его захвата.
Известие о далеком хуторе какого-то Потапа — Платона его обрадовало. По крайней мере, это была зацепка. Лесные бродяги, которых он встретил в кабинете у Лукашенко, ни хрена не смогли рассказать. Зато, по словам Кротова, незнакомец напоролся на них как раз недалеко от хутора Потапа. Теплее! Уже теплее!
Как старая охотничья собака, перебывавшая во многих переделках, Беспалый остро почуял близость желанной добычи. Почуял свежепролитую кровь раненого зверя.
Едва прибыв в колонию, он вызвал майора Кротова на доклад. Никаких новостей тот ему не приготовил, и Беспалый огорошил своего верного заместителя:
«« ||
»» [234 из
369]