Евгений Сухов Побег Книга 4
Все это Шрам услышал за те двадцать минут, что они неслись по московским улицам. Но в этом рассказе для него также не было ничего нового. Он мало интересовался делами Москвы, но кое-какая информация до него, конечно, доходила, тем более что Калистратов и другие большие люди, с кем он тесно общался, пил водку, парился в бане, регулярно обрисовывали ему ситуацию в стране, намекая, а то и в открытую предлагая ему заняться «наведением порядка в России».
«Не отдавать же это важное дело на откуп всякой шантрапе вроде „Национального Единства“ — там же одни дебилы! У нас там одна забота — только бы их в узде удержать!» — повторял ему в последнее время Коля.
Шрам понимал, что рано или поздно, особенно когда его — даст Бог! — выберут смотрящим по России, придется жесткой рукой поставить на место и азеров, и китайчат, и дагестанцев, и чеченов… И сейчас ему важно было показать в Москве, что он хочет — и главное, может — поставить всех на место в самое ближайшее время.
Он попросил Бегемота устроить встречу с китайцами и как можно побыстрее. Шрам знал, что Бегемот водит дружбу с химкинской братвой, а те контролировали весь московский северо-запад, в том числе и те микрорайоны, где промышляли китайцы.
Разместившись в трехкомнатном люксе на десятом этаже «Международной», Шрам сразу же стал названивать по всем имевшимся у него верным телефонам.
Первым делом он связался с Жорой-Грузином и после цветистых приветствий сразу взял быка за рога — попросил найти для него связь с китайским «папой» Юй-Цуном. Жору просьба несколько удивила: он сразу напрягся, заподозрив неладное. Но Шрам уклончиво сказал, что хочет разобраться с чужими в Питере. Жора согласился помочь, но с условием, чтобы Шрам на встречу взял и его тоже. Не иначе как хотел, собака, потом, если подфартит, войти в долю…
Через час Жора перезвонил и сообщил, что встречи с Юй-Цуном пока не будет, так как пахан московских китайцев должен со дня на день прилететь из Гонконга. Шрам только выругался: хрен ли ему тут торчать и ждать у моря погоды. Но делать было нечего.
Мысленно обматерив Жору, Шрам созвонился с Тофиком Бакинским — своим старинным приятелем по первой еще отсидке. Уже тогда пятидесятилетний Тофик, который отсиживал по «экономической статье», был большой человек в азербайджанской мафии: он контролировал все поставки в Москву овощей и фруктов с южных маршрутов. После выхода и реабилитации (он и этого сумел добиться!) Тофик стал официально числиться директором «Салюта» — крупнейшего в Москве универмага, продолжая крутить штурвал всего продовольственного рынка столицы. Тофик был большой человек и внешне — похожий на гигантский арбуз с налитыми щеками и узкими щелочками глаз под арочками черных бровей, он своей внушительной статью и громовым голосом производил неизгладимое впечатление на всех, с кем ему доводилось встречаться, — от региональных рыночных «контролеров» до членов городских властных структур.
Тофик шумно обрадовался звонку Шрама и через три минуты назначил ему встречу в ресторане «Акбар» на Комсомольской площади, посулив познакомить с двумя «харошими людми, да? умними людми, да? каторые фсе панимают, да?»
Шрам после разговора с Тофиком повеселел. Вот деловой человек — не то что Жора, интриган хренов: тот из любой пустяковины готов сделать китайскую церемонию — и Шрам усмехнулся придуманному им удачному каламбуру.
«« ||
»» [252 из
369]