Евгений Сухов Слово авторитета Книга 2
— Хотите убедиться? — Майор охотно распахнул полы куртки. — Можете пощупать, если не верите.
— На документик ваш не помешало бы взглянуть.
— Пожалуйста, — отстегнул клапан на куртке Усольцев.
— Ладно, оставьте, — отмахнулся Круглов, — по физиономии видно, что из наших… А вот то, что вы с нашей системой мало знакомы, заметно сразу. В какой-то степени мы даже заинтересованы в сотрудничестве с блатными. Вы это можете называть дружбой. Но главная сила в колониях — это именно они. И с ними надо договариваться, чтобы не возникло чего-то непредвиденного. Так вот, Иван Степанович умел быть дипломатом, честь ему за это и хвала. Он столько бунтов предотвратил, столько жизней спас, что и не сосчитать. А что он им сказал, это не столь уж важно, главное — человеческие жизни спас. А потом его вышвырнули на пенсию, и он вынужден и сейчас еще работать где-то, чтобы с голодухи не сдохнуть. Ваня очень сильный человек, таких поискать! Вы ждете от меня, чтобы я о нем какую-то гадость сказал? Ничего этого не будет! — сказал Круглов почти с вызовом.
— А с чего вы взяли, что я собираю о нем что-то плохое? Просто возникли кое-какие детали, которые не мешало бы уточнить. Вот и все. Ну, спасибо вам за откровенность, — протянул Усольцев ладонь. И, чуть задержав в своей руке ладонь Круглова, добавил почти просительно:
— И пожалуйста, о нашем разговоре никому ни слова. Мне бы очень не хотелось, чтобы вокруг Федосеева образовалась какая-то нездоровая обстановка.
— Договорились, — не сразу отвечал Владимир Андреевич, вытягивая свою кисть.
***
Третий человек, с которым хотел встретиться майор Усольцев, был хозяин Курской колонии полковник запаса Киселев Виталий Николаевич, по-другому Барин.
Под его началом Федосеев прослужил почти четыре года.
«« ||
»» [291 из
596]