Евгений Сухов Слово авторитета Книга 2
Грохнула затворяемая дверь, тяжелый металл приглушил камерные звуки.
Таракан утопил связку ключей в кармане брюк и заторопил:
— Прилип, что ли? Вперед пошел!
Прошли по длинному коридору. Дважды Таракан останавливался перед высокими решетками. Матвей, уже не дожидаясь команды, застывал лицом к стене и терпеливо дожидался, пока откроется калитка. Дальше прапорщик повел наверх, уверенно грохоча каблуками по каменной полу.
В этой половине тюрьмы Матвею бывать не приходилось, и недолгий переход он использовал едва ли не как экскурсию, стараясь даже из собственного заточения извлечь некоторую пользу. Поднялись на третий этаж: ступени истоптанные многими поколениями заключенных, обшарпанные перила и лестницы, поделенные металлическими сетками на множество отсеков. Такую картину можно встретить едва ли не в каждом следственном изоляторе. Бесперебойная и хорошо отрегулированная машина подавления, способная даже железную личность превратить в простоквашу. Тем большего уважения достойны те люди, что сумели бежать из казематов, опутанных со всех сторон колючей проволокой. Кажется, таких было несколько.
Поднялись почти на самую крышу. Если бы не паутина на окнах и не в меру ретивый надзиратель, то можно было бы полюбоваться домами на Новослободской.
Размышления Тихони прервал басовитый голос вертухая:
— Лицом к стене.
Матвей привычно уперся лбом в стену.
Таракан по-деловому порылся в карманах, звякнул тяжелой связкой ключей и с громкими щелчками принялся открывать дверь.
«« ||
»» [385 из
596]