Евгений Сухов Стенка на стенку Книга 6
— Откуда у тебя эта винтовка? — Голос сделался жестким.
Винтовка «Гепард» была его трофеем, предметом гордости, ее он заполучил в поединке «снайпер-снайпер», всадив в лоб свинцовый плевок такому же молодому парню, каким был сам. Это оружие он ценил не меньше, чем полученный накануне орден. Игрушка была славной и способна была поражать даже вертолеты на лету, пробивать песчаные насыпи.
— Я получил ее в бою. — Юра старался говорить достойно.
— Это слова настоящего солдата, — отвечал афганец. — Ты достоин уважения, а потому будешь жить. Но у тебя возникла серьезная проблема. Эту винтовку я узнал — она принадлежала сыну одного из моих командиров. Его убили «шурави». Значит, ты?
Юра предположил, что его запрут в клетку и будут возить по селениям на потеху крестьянам, но совсем неожиданно ему предоставили почти полную свободу.
Никто не показывал на него пальцем, не швырял в спину камни, ему лишь запретили покидать горный аул. Скоро он выучил афганский язык, принял мусульманство, женился и был принят в охрану Мохаммед-Шаха — полевого командира, который захватил его в плен. Он не раз задавал себе вопрос, что же это было: тонкий психологический расчет хитрого моджахеда или беспечность? И позже понял: скорее всего и то, и другое. Юра мог бы легко выстрелить Мохаммед-Шаху в спину, а потом скрыться и под покровом ночи уйти к своим. А если бы не удалось?
Так он и остался при Мохаммед-Шахе до самого конца войны. А когда объявили о выводе советских войск, сам пришел к полевому командиру и попросился домой.
Вернувшись на родину, он осел в Москве и первое время перебивался случайными заработками. Что по-настоящему удивляло Юру Соломина, так это полное безразличие к его особе официальных служб. Конечно, он не был носителем каких-то особых тайн, да и никогда не стремился попасть на службу, связанную с государственными секретами, но его судьба и жизненный опыт могли дать любопытный материал для интересующихся. Он знал про то, что невозможно было прочитать в газетах, и даже по прошествии многих лет воспоминания о некоторых страницах его боевой биографии бросали в неприятный озноб.
И все— таки любопытная встреча состоялась. Впрочем, если вдуматься, в ней не было ничего удивительного -он никогда не менял ни своего имени, ни биографии. А если с ним и произошли какие-то перемены, так больше внутренние, а не внешние. Причем больше всего он поразился тому, как удалось разыскать его в многомиллионном городе — ведь он до сих пор жил в Москве без прописки.
Это был молодой мужчина лет тридцати с небольшим, крепкий, сухощавый. Он подошел к Юре на улице, когда тот стоял перед витриной дорогого магазина мужской одежды и разглядывал темное длинное пальто за тысячу баксов.
«« ||
»» [273 из
369]