Евгений Сухов Заповедь Варяга Книга 5
— Повезло мне, бежал я!
— Значит, ты один такой реликт остался? — с некоторой иронией в голосе заметил Варяг.
— Чего? — не понял Вафин.
— Я говорю, что ты мамонт, — улыбнулся Варяг.
— Называй как хочешь. Можно сказать и мамонт. А те, кто остался, работали на хозяина не покладая рук, как шестерки на пахана. Глухой форшмак получился. Ты думаешь, они только плац лизали? — скривился Рафик. — Если бы!
Опоганились мальцы чисткой сортиров! Перековались, падлы! Вот этого братва им простить не сумела. Когда они закончили свой трудовой почин и стали возвращаться на хазы, так блатные перекололи их заточками, как баранов. Лишь немногие сумели уцелеть, да и те, кто не запачкался по жизни. Веселенькая история, не правда ли, Варяг? — хмуро поинтересовался Рафик.
Рафик частенько баловался высококачественной наркотой. Сейчас он получал кайф, а в такие минуты человека тревожить грешно, пускай поблаженствует. Зрачки у него сузились — он был на пике. Зэк медленно лег на шконарь и, заложив руки за голову, разглядывал облупившуюся краску на втором ярусе. Рафик взлетел. И видно, «дурь», крепко побаловавшись с памятью вора, зашвырнула его в далекую юность. Если это не так, тогда отчего лицо бродяги приняло почти мечтательное выражение? Рафик скоро пришел в себя. Свесил длинные ноги со шконки и спокойно заговорил, как будто это не он, а кто-то другой всего лишь несколько минут назад переживал сладостные мгновения:
— Они не нас резали. Они тебя хотел достать, Варяг.
— Да, Рафик, такие вот дела… — неохотно улыбнулся Варяг.
В тот момент его занимали совсем другие думы, нежели произошедшая резня. Сейчас он мысленно был там, где в его помощи больше всего нуждался сходняк. Через два месяца в Питере должны были пройти тендерные торги по поводу двух заводов — судостроительного и сталелитейного. Об этом Владислав узнал от Нестеренко, тот прислал маляву с последними новостями со свободы.
«« ||
»» [182 из
409]