Евгений Сухов Заповедь Варяга Книга 5
— Привычка старого солдафона зубоскалить не к месту. Из-за нее я больше положенного проходил в майорах, — искренне ответил Кириллов.
Теперь пришел черед улыбаться Лукьянову:
— Я это знаю, мне пришлось познакомиться с вашим личным делом.
— Даже так? — вскинул брови Влас Петрович. — Не ожидал… Мне бы тоже было интересно знать, что там обо мне всякие сявки понаписали… Так мне его даже понюхать не дадут. А вам, пожалуйста! Да-с, меняются времена, и не в лучшую сторону, — взгрустнулось полковнику.
— Я вас не тороплю. Вы подумайте, прикиньте, а потом ответите.
Деньги вы у меня будете получать хорошие, — уверенно произнес Валерий Валентинович, — но и без работы я вас не оставлю.
В роду у Власа Петровича не было мыслителей. Сам подполковник Кириллов считал себя средним человеком со скромными способностями и к подобным предложениям относился весьма серьезно, воспринимая их как знаки судьбы.
Промаявшись в сомнениях сутки, он принял предложение Лукьянова.
Масштаб деятельности Валерия Валентиновича Кириллов осознал не сразу. За очень короткий срок вице-губернатор действительно умудрился создать целую империю, которую без всякой натяжки можно было назвать партией (кто знает, возможно, он вынашивал самые честолюбивые планы). Через подставных лиц он получил в свое владение почти два десятка предприятий, на которых трудились сотни рабочих и служащих. Множество мастерских и лавочек, которым, казалось, он сам не знал счета. Но даже этого ему было недостаточно, и он без конца расширял свое влияние, расползаясь по всем регионам России. Действующий губернатор смотрел на это сквозь пальцы и, как догадывался Кириллов, совсем не бескорыстно делал это.
Первое, что организовал Кириллов, так это создал собственную разведку. Методично и тщательно, не пренебрегая ни одним правилом классической школы разведки, он составлял собственную агентуру в среде служащих. Особо доверенных агентов было шестеро. Парни слыли большими авантюристами, с долей романтики в душе, им нравилось играть одновременно на двух полях, а значит, жить на грани фола. Для каждого из них риск являлся неким наркотиком, средством самовыражения. Кириллов понимал их всецело, потому что сам был из той же когорты шальных. Он сумел организовать наблюдение даже за самим Валерием Валентиновичем и очень надеялся, что тот не подозревает об этом.
«« ||
»» [298 из
409]