Сергей Тармашев - Древний. Корпорация
— Не бойся, Грегори. — Ободряюще улыбнулась она бригадиру. — Теперь всё будет хорошо.
Сверхмощные двигатели «Русского» преодолели расстояние до Марса за три дня. Элис прекрасно освоилась с управлением крейсера, но его возможности, намного превосходящие все известные корабли, все еще удивляли ее. Основную часть дистанции между двумя планетами корабль шел в автоматическом режиме, и у Элис впервые за последний месяц появилось множество свободного времени. Незадолго до отлета Серебряков-младший вызвал ее по отдельному каналу и сообщил об окончании работ над гипнограммой по русскому языку. Спустя два часа автоматический курьер, торжественно встретивший ее на Земле прямо у выхода из космопорта, вручил девушке пластинку мемокристалла.
Все три дня пути к Марсу Элис по двенадцать часов проводила в гипносне, изучая язык, остальную же часть суток она не давала покоя Тринадцатому, тренируя произношение. Алекс очень веселился, слушая, как Элис старательно выговаривает сложные русские звуки, и постоянно прилипший к его груди Чебурашка заинтересованно перебирался на плечо, с неистребимым любопытством разворачивая круглые тарелки ушей. Сейчас, когда вокруг не было ни сражений, ни массы важных дел, Древний воин часто улыбался, и взгляд его не был таким жестким и пронзительным как обычно. Когда Тринадцатый не был занят уточнением деталей предстоящей операции, и небольшой экипаж «Русского» расходился по каютам, Элис, под предлогом возни с мышонком, забиралась к нему на колени и прижималась к мускулистой груди, одной рукой словно ненароком обнимая его за мощную шею. Алекс смотрел, как ее пальчик приближается к серому ушастому шарику, следящему за Элис наполненным подозрением взглядом, и тихонько смеялся, когда Чебурашка издавал возмущенный писк. Мышонок бдительно охранял свою неприкосновенность, не позволяя никому, кроме Тринадцатого дотрагиваться до себя даже пальцем. Она слушала его негромкий смех и в эти минуты ей хотелось чтобы полет продолжался вечно…
Маленькая красная планета, окольцованная грандиозной оправой орбитальной платформы, висела на обзорных экранах в центре чернильной пустоты космического пространства. Станция была колоссальной и своими размерами поражала воображение. Вот уже более семи веков она являлась местом обитания большей части Человечества. Элис развернулась в пилотском кресле и посмотрела на Алекса. Древний проводил заключительную проверку группы перед началом операции. Три черные и одна красная фигуры методично проверяли снаряжение и повторяли хронометраж. Элис изо всех сил старалась не показывать волнения, но внутри у неё словно бил ледяной фонтан. Все хорошо, мысленно повторяла она самой себе, всё будет хорошо. Он так сказал. А если он так сказал, значит по-другому быть не может. Она не подведет, сделает свою часть работы так, что ему не будет за нее стыдно.
— Боюсь, я не смогу этим воспользоваться… — Грегори Фулнер виновато отложил излучатель. — Я понимаю, что они уже не люди, но… — Он сконфуженно замялся.
Фулнер был очень хорошим пилотом, проработал на Марсе почти пятнадцать лет и знал рудные разработки, как свои пять пальцев. Элис сама предложила его в качестве пилота спасательной шлюпки. Фулнер не раздумывал ни секунды, когда его посвятили в детали плана.
— Не бери. — Согласился Тринадцатый. — Он тебе всё равно не понадобится. А если что-то пойдет не так, то он тебя не спасет. — Фулнер побледнел, и майор едва заметно улыбнулся уголками губ.
Я тоже не сразу привыкла, подумала Элис, глядя на опешившего Грегори. Она поймала себя на мысли, что ей смешно, причем не столько от самой фразы, сколько от реакции Фулнера. Видимо в этом и заключается смысл черного юмора, отметила Элис. А еще, судя по всему, это заразно, улыбнулась она про себя.
Виталий Тихонов опустился в соседнее кресло, подключаясь к системам управления огнем крейсера, и Фулнер с Савельевым вышли из рубки, направляясь к спасательной шлюпке. Старший Серебряков остался на Прайме, кто-то должен был заниматься делами Содружества. Элис улыбнулась, вспомнив, как перед отлетом Алекс, сделав серьезнейшее лицо, сказал ему: «Слушайся сына». Все тогда засмеялись…
Прежде чем выйти, Тринадцатый погрозил ей черным пальцем.
«« ||
»» [226 из
254]