Сергей Тармашев - Вторжение
Тут он и совершил роковую ошибку. Ему бы сидеть себе спокойно в провинциальных политиках нижнего звена и получать удовольствие от статуса, но глупая жажда справедливости взяла верх над здравомыслием. Он начал борьбу с узурпаторами. Обличал их в гневных речах, вскрывал подноготную их структуры в публичных изданиях, рассказывал общественности о тайных механизмах сохранения власти в руках одних и тех же лиц. В конечном итоге «группа лиц» обратила на него свое внимание. Ему предложили денег за молчание и уход от дел. А он, дурачок, отказался. И не просто отказался, а публично обнародовал факт этого предложения и тайно произведенную им самим звукозапись разговора, во время которого оно было сделано. Но ожидаемого скандала не случилось. На следующий же день несколько СМИ опубликовали эту запись с весьма неожиданным продолжением, которого он не делал! Но на их ресурсах после приведенной записи попытки подкупа он требовал немедленного смещения продажного правительства, отправления всей правящей администрации под следствие и последующему приговору к смертной казни всех, чье участие в антидемократическом заговоре будет доказано.
Подобный неприкрытый призыв к вражде и насилию вызвал в обществе бурю протеста и взрыв эмоций. Генеральный Республиканский Суд срочно возбудил абсолютную проверку всей предоставленной СМИ информации. Неожиданно запись попытки подкупа признали поддельной, и социолога обвинили в клевете, жажде власти и желании получить ее незаконным путем, ни много ни мало, при помощи разжигания ненависти и вражды. Его арестовали, провели громкое следствие и приговорили к пожизненной каторге на пограничных рудниках. Последнее слово, в котором он заявил, что дело против него сфабриковано, а следствие предвзято и зависимо от правящих кругов, никто даже не стал слушать. Так он и стал заключенным. Впоследствии, уже здесь, на рудниках, бывший социолог имел возможность познакомиться с несколькими сотнями зэков, чьи истории походили на его собственную как две капли щелочи.
— Подыхай здесь, чтоб никто не видел! — Крепыши швырнули его в темный угол бокового ответвления шахты, и один из них угрожающе зашипел, нависая над ним: — Если твою выходку заметила охрана и нам урежут пайку, я завтра вернусь сюда, продырявлю тебя насквозь и засыплю в рану кремниевого порошка! Так тебе будет не скучно сдохнуть! Лучше успей умереть до начала смены!
Они злобно ударили его языками по затылку и торопливо уползли прочь. Заключенный остался лежать в той же позе, в какой его бросили наземь. Какой смысл тратить остатки сил на бесполезные телодвижения? Четвертые сутки без пищи в состоянии измождения ему все равно не пережить. Сознание затуманилось, погружаясь в болезненное забытье, и несколько часов он дрожал в воспаленном бреду. Отовсюду ему слышались голоса обеих самок его семейного союза, беспрестанно повторяющие формулировку бракоразводного процесса. Они развелись с ним на следующий же день после ареста, а их показания в суде, неожиданно выставившие социолога семейным деспотом и неуравновешенным насильником, явились тогда для него словно гром среди ясного неба.
— Сюда! — раздался брезгливый голос, и в полузакрытые веки заключенного ударил луч фонаря. — Тут еще один!
Откуда-то появились охранники, и его поволокли в неизвестном направлении, нещадно колотя обо все, что попадалось на пути. Через несколько минут его забросили на транспортер, головой прямо в металлический борт, и он потерял сознание.
Когда заключенный пришел в себя, он был уже в грязном вонючем трюме тюремного корабля. Рядом пузырился замызганный бассейн с питьевой жидкостью, вокруг которого теснилось несколько десятков обессиленных каторжников. Почувствовав близкое питье, заключенный собрал остатки сил и пополз к бассейну, втискиваясь между зэками. Две минуты он безостановочно пил грязную жидкость, после чего отполз назад, уступая место кому-то сзади, едва хрипящему от бессилия.
— Куда нас везут? — спросил он у лежащего неподалеку донельзя истощенного каторжника. — Я чувствую работу гипердвигателей или это посттравматические галлюцинации?
— Лучше б галлюцинации! — мрачно прошипел тот. — А еще лучше, если б я умер в шахте. Угораздило же этих гадов устроить проверку именно сегодня!
— Нас везут на Шкахарр?! — Заключенный почувствовал, как по телу расползается липкий ужас.
«« ||
»» [47 из
169]