Татьяна Толстая. Кысь
и крылья, и зверь, идущий на четыре стороны.
А начальство, точно, озверело и побежало на четыре стороны, с криками
да воплями: где Никита Иваныч, Главный Истопник? подать сюды Никиту Иваныча!
И Бенедикт тоже, вместе со всеми, заволновался, забегал, - аж в висках
застучало, в глазах темь пятнами пошла: Никита Иваныч! Где Никита Иваныч!
Ведь вот, ведь сейчас, событие-то какое, случай-то какой, Господи! может,
раз в сто лет Федор Кузьмич народу показываться изволят, слава ему! В кои-то
веки с терема сошел с ясного, с крутоверхого, с под резных курдалясин, что
под кровлей понадрючены, с-под маковок багряных, молодой ржавью крашеных,
боботюкалками утыканных, кукумаколками изузоренных! Госссподи!.. Госссп...!
«« ||
»» [138 из
767]