Татьяна Толстая. Кысь
выплатной мурза, али опять упился накануне-то, ввечеру-то, браги, али квасу,
али сусла конопляного. А то шутки шутят: ежели кого из тех, что в сенях, от
тепла разморило, дак он на полу и прикорнул, - возьмут такого сонного
осторожненько под микитки да и отнесут в самый конец очереди. Как проснется
такой голубчик - ни хрена не понимает, что, куда, да зачем он тут. Рвется
где раньше стоял, али лежал, а все ему: куды без очереди прешь? Стой в
конце! А он: да я ж первый был! А мы: ничего не знаем! Ну, крики-драки,
увечья всякие.
Так времечко и идет, заря розовая, мглистая на небо всходит, темноту
раздвигает. Утренняя звезда Чигирь блестит красотой несказанной, как огнец в
«« ||
»» [195 из
767]