Татьяна Толстая. Кысь
вышине. Мороз еще крепче кажется. Искры на снегу искрятся.
Вот ждем мурзу, еще приедет ли? Чуть где в улочках снег пылит, сани
мелькнули, - кричат: едет! Не едет! Точно он, его шапку видать! и разное
такое. Волнение большое.
Коли до вечера не приедет, - так и разойдемся, а коли изволил глаза
продрать, - ну, быть голубчику с получкой.
Вот стоишь-стоишь, - глядь, и достоялся до выплатного окошечка. Твое
счастье, нагибайся. А почему нагибайся: потому как оно в аккурат на уровне
пупа проверчено, узенькое такое. А это оттого, что мурза по ту сторону на
тубарете сидит, оно ему и удобно. А еще затем придумано, чтоб нам в пояс ему
«« ||
»» [196 из
767]