Татьяна Толстая. Кысь
Глашка-Кудлашка его зазывала, и много еще кто. Теперь вот Варвара Лукинишна
напрашивается, можно бы сходить, да больно страшна. А ну как она по всему
тулову петушиной бахромой утыкана?
Но все эти бабские дела - сходил да и забыл. Да и из головы вон. А
другое дело, когда видение привяжется, образ чудный, марево светлое, - вот
как Оленька стала Бенедикту мерещиться... Лежишь на лежанке, ржавь
покуриваешь, а она - вот она, рядом, усмехается... Руку протянешь - нет ее!
Воздух! Нету ее, - а и опять она тута. Что такое!
...Может, взять да и посвататься к ней? А? Посвататься? Так, мол, и
так, Оленька-душенька, ненаглядная раскрасавица, желаю на тебе жениться!
«« ||
»» [246 из
767]