Татьяна Толстая. Кысь
Не было - а вроде как и был, рука до локтя чувствовала хруст, вот как
жука давишь: вместо того чтоб захватить книгу, да дернуть, да вырвать, -
попал голубчику прямо по шее, по шейной жиле, а как крюк-то повернул
неловкими пальцами, - жила и выдернись, и потекло, черное такое, и голова на
сторону, и в глазыньках-то потухло, и изо рта его тоже как бы срыгнулось.
Никогда Бенедикт не убивал людей, али сказать, голубчиков, и не думал
даже; побить-поколотить, - это дело другое, домашнее, каждодневное; ты его,
да и он тебя, вот и квиты, ну синяк там, вывих, - все как водится. Да и
прежде чем бить голубчика, надо на него распалиться, тяжесть на сердце
накопить, угрюмство, чтобы синяк али вывих это угрюмство уравновесили, вот
«« ||
»» [516 из
767]