Татьяна Толстая. Кысь
есть же, есть, есть!.. Знаю, что есть, вот чую, нюхом чую: есть! - только у
кого? Щурясь, всматривался в слепой полумрак: сумерки, зажигаются огоньки в
избах; поспешают-семенят там внизу людишки, бегут-торопятся в печное тепло,
на лавку, да за суп за свой, жидкую мышиную похлебочку... Как и едят-то
дрянь такую, как и не противно-то?.. Чуть темная водица, - вот как ноги
помоешь, такого цвета... Малые тушки на дно осевши, червырями для солености
приправлено... Народный анчоус... Никита Иваныч так червыря звал... Жив ли
старик-то? А проведать его... Может, книга у него есть? Может, почитать
даст? - и лечить его не надо, сам даст...
А была б моя воля, - весь город перетряхнул бы: сдавай книги, тудыть! А
«« ||
»» [534 из
767]