Татьяна Толстая. Кысь
- Не стоит, юноша.
Бенедикт слукавил: он и сам не очень любил читать "Плетення", -
скучноватый эссе; но думал, может, Прежним подойдет, кто их знает. Сам он
больше любил "В объятиях". Накурили, однако, - невпродых. Бенедикт, раз уж
встал, толкнул дверь, - впустить вьюжного воздуху. А заодно и за Тетерей
присмотреть: не допустил ли своеволия, не забрался ли в сани, - там же шкура
медвежья, а скотина другой раз что делает: заберется под шкуру греться, а
после проветривай ее! Дух от перерожденца тяжкий: навоз, сено, ноги немытые.
Нет, не забрался, но что делает: встал на ноги, валенок с руки снял, и на
столбе, где "Никитские ворота" написано, выцарапывает матерное.
«« ||
»» [558 из
767]