Татьяна Толстая. Кысь
- Николай!.. К пушкину!
Сырая метель набросала пушкину вороха снега на сутулую голову, на
согнутую руку, будто лазал он по чужим избам, по чуланам подворовывать,
набрал добра сколько нашлося, - а и бедное то добро, непрочное, ветошь одна,
- да и вылазит с-под клети, - тряпье к грудям притиснул, с головы сено
трухлявое сыплется, все оно сыплется!..
Что, брат пушкин? И ты, небось, так же? Тоже маялся, томился ночами,
тяжело ступал тяжелыми ногами по наскребанным половицам, тоже дума давила?
Тоже запрягал в сани кого порезвей, ездил в тоске, без цели по
заснеженным полям, слушал перестук унылых колокольцев, протяжное пение
«« ||
»» [631 из
767]