Татьяна Толстая. Кысь
инвалид? Я здесь! Я невинен! Я с вами! Я с вами!
...Весь мокрый, с головы до раскисших лаптей, Бенедикт барабанил в
двери Красного Терема, зная, что не впустят, нарочно не впустят, заперлись
на засовы, знают, чем взять. Лило, как только в августе льет, бурным,
пенящимся потоком, прочищающим дворы от мусора, от щепы, от очистков, -
мутная пена крутит ошметки и выносит под ворота, на улочки, вон из слободы.
Высоко вверху Оленька растворила окно, выкрикнула матерное, вышвырнула
вразлет дюжину книг, - на, почитай! - и захлопнула створки. Бенедикт грудью
кинулся, спасая, подбирая, обтирая, - убить гадину, - но раскрылось другое
окно, и Терентий Петрович, Министр Нефтеперерабатывающей, в свой черед
«« ||
»» [749 из
767]