Татьяна Толстая. Кысь
словно бы и другой кто присутствовал, но это только всегдашняя кажимость, -
Бенедикт прояснился и укрепился духом. Али разумом. Спокойнее как-то стал на
все смотреть, - а это, пишут, есть признак зрелости. Раньше все хотел сам!
сам! все сам! Чтобы выше александрийского столпа! Второй человек в
государстве! Указы подписываю! Вот тебе и подписываю: Указы Указами, а в
тени стола ли, кровати ли вырос незаметненько так Петрович-сан, мусорная
гнида, вонючее животное; оглянуться не успели, а он уж все к рукам прибрал.
Как случилось? почему? Раньше у Бенедикта с папой, - тестем тож, - тесная
такая связь была, все вместе, и работа и отдых. Клятву давали. Теперь же и
ключи все у Петровича-сан, и бляшки, и пинзин, и вот теперь искусство. И
«« ||
»» [753 из
767]