Людмила Улицкая - Зеленый шатер
– Да ну тебя, Бринчик! Какой еще чертог? Черт те что несешь.
– Ты что говоришь, Оля? – ужаснулась Тома.
– Ну ладно, ладно, не пугайся так. Пусть по твоему, чертог. Все равно словами не объяснить. В общем, входим мы туда вместе.
– А там – что? – прошелестела Томочка.
– Ничего. Тут я проснулась. Хороший сон, правда?
Умерла Ольга на сороковой день после смерти Ильи.
Отставная любовь
В месяц раз вставал Афанасий Михайлович в пять утра, а не в половине седьмого, как обычно, брился особо тщательным образом, надевал чистое белье. Съедал хлеба с чаем, поверх старого кителя натягивал драповое пальто и ушанку. В штатской верхней одежде он чувствовал себя как коронованная особа на маскараде. И правда, никто его не узнавал, даже сторож в проходной у выхода из дачного поселка с ним не здоровался.
После вчерашнего снегопада все было чисто и свежо, как после генеральной уборки. Афанасий Михайлович дошел до автобусной остановки. На расписании, забитом снегом, не разобрать было, когда следующий автобус, и он встал под козырек. Две женщины ожидали автобуса – одна медсестра, не узнавшая его, вторая незнакомая. Но тоже, видно, из местных, деревенских. Он отвернулся, стал смотреть в другую сторону.
Он ехал на тайное свидание к сердечной подруге Софочке, поговорить помычать, излить свою душу не душу, но что то ведь и у генералов есть, услышать от нее, почему он так мается.
«« ||
»» [112 из
459]